Мережковский Дмитрий Сергеевич
«Стихотворения 1883-1887»

Он и птицу пожалеет, и былинку сбережет.

Собрались мы плыть на лодках; кормчий парус подымал;

Из тайги в ту пору беглый к нам бродяга забежал.

Он, дрожа и задыхаясь, пал на землю предо мной

И глядел мне прямо в очи с боязливою мольбой:

«Я скитался диким зверем тридцать дней в глуши лесов,

Сжалься, батюшка, не выдай, скрой от лютых казаков!..»

Вижу — лоб с клеймом позорным, обруч сломанных цепей,

Но прощенья страшно молит взор испуганных очей.

Плачет, ноги мне целует — окровавленный, в пыли:

До чего созданье Божье, человека, довели!..

Я забыл, что он преступник, я хотел его поднять

И как брату, кто б он ни был, слово доброе сказать.

Но жена меня торопит: «Спрячем бедного скорей!..»

И голубка отвернулась, — льются слезы из очей.

Скрыл я миленького в лодке да подушек навалил;

Протопопицу и деток на постелю положил.

Казаки к нам скачут вихрем и с пищалями в руках,

Как затравленного зверя, ищут беглого в кустах.

И кричат нам: «Где бродяга? — уж не спрятан ли