Добрынин Андрей
«Сборник поэзии 3»

1999

Андрей Добрынин

Эротических сцен повидал я немало, Но, однако, им всем полноты не хватало Наслаждалось всегда исключительно тело, Интеллект же поодаль слонялся без дела.

Помню, в Древнем Китае указывал некто: "Человек есть ничтожество без интеллекта"; Ты всегда опасался скатиться в ничтожность, А в любви существует такая возможность.

На иного посмотришь - болван, алкоголик, А сношаться готов, извините, как кролик. Почему б не поставить условьем соитья Совершенье в науке большого открытья?

На худой же конец до начала услады Поразгадывать можно с любимой шарады, Доказать теорему, решить уравненье, И тогда ты уже не впадешь в отупенье.

Если ты и в любви упражняешь свой разум, А не просто ритмически двигаешь тазом, То твой мозг увеличится резко в объеме, А с такой головой не помрешь на соломе.

Должен разум участвовать в деле интима, А иначе опустишься непоправимо И, связав свою жизнь с недалекой девицей, В нищете окочуришься полным тупицей.

19992

Андрей Добрынин

Спланировать свой день не в силах до конца я, Любимая меня осудит - ну и пусть: Сегодня поутру на лире я бряцаю, А если надоест, то с Роговым напьюсь.

Он чуток и раним, наш старый добрый Рогов, И с другом он готов пропить последний рупь. Напоминает он тех мудрых осьминогов, Которые детей утаскивают в глубь.

Как славно с ним тонуть во впадине порока, Где даже эхолот до дна не достает. На суше к нам любовь безжалостно жестока, Но сердца нам она на дне не разобьет.

Прощаемся мы с ним на Киевском вокзале, Здесь нету тополей, но листья с них летят. Быть может, навсегда нас с Роговым связали То илистое дно и прелести наяд.

Сиреневый туман в мозгу его клубится, И листья сквозь туман слетают с тополей. Заставил он меня сегодня вновь напиться, Но стал мне оттого лишь ближе и родней.

Сиреневый туман над нами проплывает, И листья на перрон слетают с