Вознесенский Андрей
«Стихи»

Человечество хохочет, расставаясь со старьем. Что-то в нас смениться хочет? Мы, как Время, настаем.

Мы стоим, забыв делишки, будущим поглощены. Что в нас плачет, отделившись? Оленихи, отелившись, так добры и смущены.

Может, будет год нелегким? Будет в нем погод нелетных? Не грусти - не пропадем. Образуется потом.

Мы летим, как с веток яблоки. Опротивела грызня. Но я затем живу хотя бы, чтоб средь ветреного дня, детектив глотнувши залпом, в зимнем доме косолапом кто-то скажет, что озябла без меня,

без меня...

И летит мирами где-то в мрак бесстрастный, как крупье, наша белая планета, как цыпленок в скорлупе.

Вот она скорлупку чокнет. Кем-то станет - свистуном? Или черной, как грачонок, сбитый атомным огнем?

Мне бы только этим милым не случилось непогод... А над Римом, а над миром Новый год, Новый год...

...Мандарины, шуры-муры, и сквозь юбки до утра лампами

сквозь абажуры светят женские тела. Андрей Вознесенский. Не отрекусь. Избранная лирика. Минск, "БелАДИ", 1996.

МОНОЛОГ МЕРЛИН МОНРО Я Мерлин, Мерлин.

Я героиня самоубийства и героина. Кому горят мои георгины? С кем телефоны заговорили? Кто в костюмерной скрипит лосиной?

Невыносимо,

невыносимо, что не влюбиться, невыносимо без рощ осиновых, невыносимо самоубийство, но жить гораздо

невыносимей!

Продажи. Рожи. Шеф ржет, как мерин (Я помню Мерлин. Ее глядели автомобили. На стометровом киноэкране в библейском небе,

меж звезд обильных, над степью с крохотными рекламами дышала Мерлин,

ее любили...

Изнемогают, хотят машины. Невыносимо),

невыносимо лицом в сиденьях, пропахших псиной! Невыносимо,

когда насильно, а добровольно - невыносимей!

Невыносимо прожить, не думая, невыносимее - углубиться. Где наша вера? Нас будто сдунули, существованье - самоубийство,

самоубийство - бороться с дрянью, самоубийство - мириться с ними, невыносимо, когда бездарен, когда талантлив - невыносимей 1000 ,

мы убиваем себя карьерой, деньгами, девками загорелыми, ведь нам,