Бальмонт Константин
«Хоровод времен. Всегласность»

И поет та Птица. Говорит про время.

Мне как будто капли падают на темя.

Будто синих молний жгут меня лучи.

Дождь ли раскаленный? Не могу понять я.

Но, закрыв глаза, колдую я:— Молчи.

Вот, кому-то снова я раскрыл объятья.

Губы, в поцелуе, шепчут: — Навсегда.

Взоры, приоткрывшись, мечут блеск заклятья.

Изумрудны листья. Говорит вода.

Исчезает в далях Птица голубая.

И другие птицы плещут в Царстве Мая.

Там, где древо мировое,

Там, где ясен Игдразил,

Слышно пенис живое,

И как будто звон кадил.

Это — пение Идуны,

И когда ты невзначай,

Проходя, услышишь руны,

Вложишь в струны вечный Май.

Это — пение Идуны,

На узорчатых ветвях,

Там, где яблоки — как луны,

И как солнца в облаках.

Это — пение Идуны,

Чей напев — рожденье струй,

Чьи глаза, лазурно-юны,

Необманный поцелуй.

Кто, любя расцветы в мире,

К Игдразилу подойдет,

Тот увидит