Бальмонт Константин
«Хоровод времен. Всегласность»

Тело уходит в скит.

Маки срывает, меняет свои вид,

В страшности, в страстности входит, взирает.

В полдни и в ночи себя убирает,

Выхватит нож,

Скажет — хорош.

Сплетет, заплетет без конца поцелуи.

Брызнет — огни. И огни хороши.

Вечные струи.

Все ж у души

Взора оно не смутит.

Вот оно снова, по пыльной дороге, на Храм

                                    собирает.

Тело играет,

Душа глядит.

Могучий рог, изогнутый и полный,

Пьянящим медом — предо мной.

Я пью, я пью, живительные волны

Умчали душу под Луной.

О, Царь-Девица, Лебедь вековая,

Как искрометен этот мед.

Он стар, он стар, и потому, живая,

Волна в душе моей течет.

И этот рог, что ты, о, Царь-Девица,

Мне поднесла, становится жезлом.

И я царю, и ты горишь, зарница,

Мы будем молнией вдвоем.

И этот рог, что ты, о, Царь-Девица,

Мне поднесла, становится рулем.

И мы скользим, летит двойная птица,