Кузмин Михаил
«Форель разбивает лед (Стихи 1925-1928)»

- Может, ждать совсем не долго,

Но спасибо и на том.

Тут калитка возле ямы...

Проходной я знаю двор.

Деньги есть? Аида на Остров.

Там знакомый пароход.

Паспортов у нас не спросят,

А посадят прямо в трюм.

Дней пяток поголодаем

Вместе, милый человек!

7. ТОТ / 2-ое

Февральский радио поет

Приволье молодости дальней,

Натопленность кисейной спальной

И межпланетный перелет.

Перечит нежности начальной

Воспоминаний праздный счет.

Сереет снег, тончает лед,

Не уберечь зимы венчальной!

Хрусталь на прежнее стекло

Воображенье налагает,

Изменчивое так светло!

Плывут вуали, воздух тает...

И сонный вой гавайских труб

Напоминает трепет губ.

8. ЛУНА / 2-ое

Луна! Где встретились!.. сквозь люки

Ты беспрепятственно глядишь,

Как будто фокусника трюки,

Что из цилиндра тянет мышь.

Тебе милей была бы урна,

Руины, жалостный пейзаж!

А мы устроились недурно,

Забравшись за чужой багаж!

Все спит; попахивает дегтем,

Мочалой прелой от рогож...

И вдруг, как у Рэнбо, под ногтем

Торжественная щелкнет вошь.

И нам тепло, и не темно нам,

Уютно. Качки нет следа.

По фантастическим законам

Не вспоминается еда

Сосед храпит. Луна свободно

Его ласкает как угодно,

И сладострастна, и чиста,

Во всевозможные места.

Я не ревнив к такому горю:

Ведь стоит руку протянуть

И я с луной легко поспорю

На деле, а не как-нибудь!

Вдруг... Как?.. смотрю, смотрю... черты

Чужие вовсе... Разве ты

Таким и был? И нос, и рот...

Он у того совсем не тот.

Зачем же голод, трюм и море,

Зубов нечищенных оскал?

Ужели злых фантасмагорий,

Луна, игрушкою я стал?

Но так доверчиво дыханье

И грудь худая так тепла,

Что в темном, горестном лобзаньи

Я забываю все дотла.

9. ТЫ / 3-е

- Вы мне не нравитесь при лунном свете:

Откуда-то взялись брюшко и плешь,

И вообще, пора бы шутки эти

Оставить вам, - Голландия скучна!

- Но, детка, вы же сами захотели

Остановиться в этом городке.

Не думал я,