Кузмин Михаил
«Нездешние вечера (Стихи 1914-1920)»

И свято ее сберег.

Зовут Вас фрейлейн Ревекка,

А может быть, фрау Рахиль.

Про Вас говорили от века

Песни, картина ль, стихи ль.

Увижу ль хоть край одежды?

Откроется ль новый мир?

Поэту так мало надежды:

Отец Ваш - важный банкир.

На крыши надменных зданий,

Дождик, слезы пролей!

Из всех прощенных страданий

Страданья любви - светлей.

[1916]

386

Разбукетилось небо к вечеру,

Замерзло окно...

Не надо весеннего ветра,

Мне и так хорошо.

Может быть, все разрушилось,

Не будет никогда ничего...

Треск фитиля слушай,

Еще не темно...

Не навеки душа замуравлена

Разве зима - смерть?

Алым ударит в ставни

Страстной четверг!

1917

387

Листья, цвет и ветка

Все заключено в одной почке.

Круги за кругами сеткой

Суживаются до маленькой точки.

Крутящийся книзу голубь

Знает, где ему опуститься.

Когда сердце делается совершенно голым,

Видно, из-за чего ему стоит биться.

Любовь большими кругами

До последнего дна доходит,

И близорукими, как у вышивальщиц, глазами

В сердце сердца лишь Вас находит.

Через Вас, для Вас, о Вас

Дышу я, живу и вижу,

И каждую неделю, день и час

Делаюсь все ближе и ближе.

Время, как корабельная чайка,

Безразлично всякую подачку глотает,

Но мне больней всего, что, когда вы меня

называете "Майкель",

Эта секунда через терцию пропадает.

Разве звуки могут исчезнуть

Или как теплая капля испариться?

В какой же небесной бездне

Голос Ваш должен отразиться?

Может быть, и радуга стоит на небе

Оттого, что Вы меня во сне видали!

Может быть, в простом ежедневном хлебе

Я узнаю, что Вы меня целовали.

Когда душа становится полноводной,

Она вся трепещет, чуть ее тронь.

И жизнь мне кажется светлой и свободной,

Когда я чувствую в своей ладони Вашу ладонь.

1916

388

У всех одинаково бьется,

Но разно у всех живет.

Сердце, сердце, придется

Вести тебе с небом счет.

Что значит: "сердечные муки"?

Что значит: "любви восторг"?

Звуки, звуки, звуки