Маяковский Владимир
«Информация о В В Маяковском»

не названа. "Про что, про это ?" - спрашивает автор и слово "любовь",

подсказанное рифмой, зачем-то заменяет многоточием.

Если отбросить всю научную фантастику, все картины аллегорических

превращений, как всегда, искусно и многословно реализующие каждый речевой

оборот, то останется несколько ярких и крепких кусков, где выражены те же

основные мотивы, что и в дооктябрьских стихах и поэмах: обида, ревность и

ненависть.

Ревность и ненависть. Но к кому? Нет более уклончивого произведения, чем

эта, самая конкретная поэма, изобилующая деталями повседневности и

иллюстрированная фотографиями. Традиционная маяковская ненависть,

доведенная здесь до предельной черты, до максимальной количественной

концентрации, изливается куда-то в абстракцию, в ничто.

По-разному выражал свою ненависть Маяковский, бывало по душе, а бывало

по службе, не всегда эти чувства сливались в одно. Но здесь не может быть

никаких сомнений, здесь такая напряженность, здесь искренне, по душе, как

никогда - не приемлет и ненавидит. Только что же именно?

Обыденщина, мелочинный рой, сердце раздиравшие мелочи... В поэме, однако,

этот повтор столь настойчив, что не может настораживать. Ответ, адресат

должен совпадать с повседневным бытом и может быть найден только там, где

этот повседневный быт располагался, - не на невском мосту, не в

придуманном нэповском доме, а в квартире Бриков, на четвертом этаже. Для

Маяковского обыденщина, квартирошный дымок и ненавистный быт это не

просто вкусная еда и теплая ванна, против которых он ничего не имеет.

Повседневное окружение его любимой: вороны-гости, друзья-соперники - вот

главное препятствие на пути его любви. Это и названо всеми нехорошими

словами, принятыми в то время к употреблению. И самое страшное, корень

трагедии - в том, что ведь и сама любимая - неотъемлемая часть всего

этого, и если он ни в чем ее не обвиняет, то только оттого, что любит.

Трагична, безвыходна любовь Маяковского, неустранимо препятствие на ее

пути, по крайней мере в этой, сегодняшней жизни. Но поэме