| Том 3. Поэмы | страница 326 | Мир поэзии
Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Есенин Сергей Александрович
«Том 3. Поэмы»

Главная страница / Есенин Сергей Александрович «Том 3. Поэмы»
обнаженный; схвативший меч за рукоятку» и Прохор — от греческого «prochoren» — «плясать впереди, вести» (Петровский Н. А. Словарь русских личных имен. Изд. 4-е доп., М, 1995, с. 245, 246–247).


Отрицательному персонажу поэмы, еще одному жителю деревни Криуши, Есенин также дал «говорящее» имя Лабутя. «Лабута» (архаичное) означает «неуклюжий и бестолковый человек» или «разиня, ротозей, рохля; клуша, кувалда» (Даль, 2, 231). Естественно, что жителям многих областей России это слово было знакомо. На Рязанщине употреблялось в нарицательном значении. «К власти, — вспоминала Е. А. Есенина первые послереволюционные годы, — наряду с честными людьми пролезли „лабути“, имеющие длинные руки. Жилось этим людям совсем неплохо.


Одного из таких „работников“ судили всей волостью самосудом…» (Восп., 1, 76).


В соответствии с литературной традицией, по которой «безымянные» персонажи обозначают типичных представителей определенного класса, возраста, пола, профессии и т. п., Есенин подчеркивает обобщенность многих героев: возницы, мельника, старухи-мельничихи, представителей зажиточного крестьянства, сохранивших патриархальные взгляды и по-своему противостоявших революционному движению.


Есенин и его герои как бы вторгаются туда, где жили герои Пушкина, — в деревню, в обстановку дворянской усадьбы: герой-рассказчик Сергей въезжает в поэму на дрожках, Евгений Онегин «летит в пыли на почтовых». Письмо Анны Снегиной вызывает в памяти знаменитое письмо пушкинской Татьяны к Онегину (см.: Прокушев Ю. Пушкин и Есенин: Письмо Анны Снегиной — журн. «Огонек», М., 1979, № 41, с. 24–25). Герой поэмы Есенина, как показал В. Турбин, «изысканный, а заодно и прославленный петербуржец, своеобразный Онегин начала XX века, Онегин-крестьянин, Онегин-поэт», «герой нашего времени», ведущий «социально-лирический диалог с дворянкой». «„Анна Снегина“, — пишет В. Турбин, — сопоставима с романом Пушкина по многим параметрам: ирония тона повествования, обрамление рассказываемого письмами героев, их имена и их судьбы. Традиция живет, пульсирует, неузнаваемо преображается, таится и вдруг обнаруживает себя в случайных или в преднамеренных совпадениях, в мелочах» и полемически противопоставляется героям пушкинского „Евгения Онегина“ (сб. «В мире

Назад  

стр.375

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.375

  Вперед