Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Вагинов Константин Константинович
«Стихотворения и поэмы»

Главная страница / Вагинов Константин Константинович «Стихотворения и поэмы»
проведать:Не изменился ль ты?

1928


Тают дома. Любовь идет, хохочет…


Тают дома. Любовь идет, хохочетИз сада спелого эпикурейской ночи.Ей снился юный садСтрекочущий, поющий,Веселые, как дети, голосаИ битвы шум неясный и зовущий.Как тяжела любовь в шестнадцать лет.Ей кажется: погас прелестный свет,И всюду лес встает ужасный и дремучий,И вечно будет дождь и вечно будут тучи.

Украшение берегов


Проспекты целятся стволами в зори;Расплески зорь стекают по асфальту к нам,И верфи их переливают в море,В Неву, в озера, в Беломорканал

.


Суровы берега, трудами взятые —Мы их железным говором наполним;Мы там поставим самые прямые статуи,Которые когда-либо смотрели в волны.В порту, где хрупкий край морской дорогиУпирается в медлительные реки,Над постаментом праздничным и строгимПрищурит Ленин бронзовые веки.Легко поднимет чуткую ладонь,Черпнув ветров высокое движенье,И над зеленой утренней водойДо самой Лахты лягут отраженья.Сойдет по кранам вниз обеденная смена,Оправив звонкие одежды Ильича,Рабочий спрячет пламень автогена,Поднимется на ровный скат его плеча.И там увидит, над заливом стоя,Как город блещущий, бездонный, гулкийВрастает красным мясом новостроекВ щетинистую даль от Токсова до Пулкова.

Звукоподобия



Он разлюбил себя, он вышел в непогоду…


Он разлюбил себя, он вышел в непогоду.Какое множество гуляет под дождем народу.Как песик вертится, и жалко и пестроВ витрине возлежит огромное перо.Он спину повернул, пошел через дорогу,Он к скверу подошел с решеткою убогой,Где зелень нежная без света фонарейКазалась черною, как высота над ней.Но музыка нежданная раздаласьИ флейта мирная под лампой показалась,Затем рояля угол и рукаИгравшего, как дева, старика.Гулявший медленно от зелени отходитИ взором улицу бегущую обводит.Он погружается все глубже в непогоду,Любовь он потерял, он потерял свободу.

Какою прихотью глупейшей…


Какою прихотью глупейшейКазалась музыка ему.Сидел он праздный и нахальный,Следил, как пиво пьют в углу.Стал непонятен голос моря,Вся жизнь казалась ни к чему.Он вспоминал – все было ясно,И длинный, длинный коридор,Там в глубине сад сладкогласный.У ног подруг Психеи яснойСтоит людей тревожный хор.Как отдаленное виденьеБуфетчик, потом обливаясь,Бокалы пеной наполнял,Украдкой дымом наслаждаясь,Передник перед ним сновал.

Февраль 1930


Хотел он, превращаясь в волны…


Хотел он, превращаясь в волны,Сиреною
Назад  

стр.44

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.44

  Вперед