Еврипид
«Андромаха»

Священною пришедшего стезею

Хотите вы убить? Вина какая

На нем, о люди?" Но на звук речей

Ему ответил только град каменьев.

Их без числа тут было - ни один

1130 Губ не разжал... Своим доспехом тяжким,

Его вращая ловко, господин

Оберегал себя. Но следом стрелы,

И вертела, и дротики, в ремнях

И без ремней снаряды, дети смерти,

К его ногам посыпались, старик...

О, если бы ты видел танец бурный,

В котором царь спасения искал!..

А было их все больше, вот уж, тесным

Охваченный кольцом, казалось, царь

Дыхание терял...

И вдруг безумный

От алтаря, где тук его овец

Еще пылал - он делает прыжок

И в самую толпу своих врагов

Врезается, как в стаю робких коршун

В лет голубей. Пугливые враги

1140 Рассеялись... Но раны злобы дикой

С смятением побега много их

Там мертвых уложили... и проклятья

И крики зверские печально отдал храм

И скалы вкруг. Один, как будто бури

И не было, наш медными сверкал

Недвижный царь доспехами... Но вот

Из глубины чертога голос бога,

Вселяя в сердце ужас, зазвучал

Угрозою - он пламенем дельфийцев

Воинственным наполнил и на бой

Их воротил... Тут пал и сын Пелида,

1150 Сраженный в бок железным острием...

Дельфиец был его убийцей, только

Он не один его убил... О нет...

Простертого на землю ж кто, отважный,

Иль камнем, иль мечом, иль подойдя,

Иль издали, кто мертвого не тронул?

Все тело царское прекрасное его

Изрублено - оно сплошная рана.

Мы, наскоро забрав его, тебе

1160 Для слез, старик, и воплей, и убора

Могильного приносим. Этот ужас

Явил нам бог, который судит нас,

Грядущее вещает и карает...

Как человек, и злой, припомнил Феб

Обиды старые... и это Мудрость?

Во время последних стихов, с той же стороны, откуда пришел Вестник,

показывается процессия с закрытым телом Неоптолема на носилках.

Корифей

Вот и