Баратынский Евгений
«Стихи (3)»

Тебя увлек, - сказал Арсений,

Невольный мрак души моей

След прежних жалких заблуждений

И прежних гибельных страстей.

Его со временем рассеет

Твоя волшебная любовь;

Нет, не тревожься, если вновь

Тобой сомненье овладеет!

Моей печали не вини".

День после, мирною четою,

Сидели на софе они.

Княгиня томною рукою

Обняла друга своего

И прилегла к плечу его.

На ближний столик, в думе скрытной

Облокотясь, Арсений наш

Меж тем по карточке визитной

Водил небрежный карандаш.

Давно был вечер. С легким треском

Горели свечи на столе,

Кумиров мрамор в дальней мгле

Кой-где блистал неверным блеском.

Молчал Арсений, Нина тож.

Вдруг, тайным чувством увлеченный,

Он восклицает: "Как похож!"

Проснулась Нина: "Друг бесценный,

Похож! Ужели? мой портрет!

Взглянуть позволь... Что ж это? Нет!

Не мой - жеманная девчонка

Со сладкой глупостью в глазах,

В кудрях мохнатых, как болонка,

С улыбкой сонной на устах!

Скажу, красавица такая

Меня затмила бы совсем..."

Лицо княгини между тем

Покрыла бледность гробовая.

Ее дыханье отошло,

Уста застыли, посинели;

Увлажил хладный пот чело,

Непомертвелые блестели

Глаза одни. Вещать хотел

Язык мятежный, но коснел,

Слова сливались в лепетанье.

Мгновенье долгое прошло,

И наконец ее страданье

Свободный голос обрело:

"Арсений, видишь, я мертвею;

Арсений, дашь ли мне ответ!

Знаком ты с ревностию?.. Нет!

Так ведай, я знакома с нею,

Я к ней способна! В старину,

Меж многих редкостей Востока,

Себе я выбрала одну...

Вот перстень... с ним я выше рока!

Арсений! мне в защиту дан

Могучий этот талисман;

Знай, никакое злоключенье

Меня при нем не устрашит.

В глазах твоих недоуменье,

Дивишься ты! Он яд таит".

У Нины руку взял Арсений:

"Спокойна совесть у меня,

Сказал, - но дожил я до дня

Тяжелых сердцу откровений.

Внимай же мне. С чего начну?

Не предавайся гневу, Нина!

Другой дышал я в старину,

Хотела то сама судьбина.

Росли мы вместе. Как мила

Малютка Оленька была!

Ее мгновеньями иными