Брейтенбах Брейтен
«Не пером, но пулеметом»

и посуху пройдут они через Фалс-бай

к обетованной земле...

от острова Роббен

к обетованной Капской земле...

загорелые парни цвета бронзы

ставят паруса и огибают буруны

в ознобе и веселом волнении

как в стихотворных ритмах

мимо, все мимо и мимо острова Роббен

проплывают - СТАРАЯ СЛАВА, ДЖАКАРАНДА, КОНКОРД...

старики с пепельно-серыми лицами

низко склонившись, пересчитывают и делят между собой

крупные белые зерна соли

(ДЛЯ ДЯДИ МАРТИНА)

узкие тропки к вершине кряжа Каугаберге

зыбкие под смертельным сиянием солнца

где темнота обнимает мир за вершины

едем верхом все выше туда где дом

озарен так бесспорно взошедшей луной

дом который стоит как отдельное слово

сказанное на его языке

в доме свет:

это славно,

нам радостно

здесь нас ожидают

угли в камине еще багровеют

там где очаг там и беседа

свежий домашний хлеб

повидло из абрикосов и тутовых ягод

мы смакуем вино

мы выходим из дома и все еще слышим тепло

очага или собственно дома чего-то такого

чем согревается жизнь

так славно так хорошо

все здесь и больше нигде

только так и должно оставаться

и больше нет ни гостей ни хозяев

и нам радостно

мы пробуем воду что бьет

из горных ключей

мы смотрим на древние кряжи и пики

словно темная стража обступившие озеро

на звезды которые выше вершин

Крест над лощиной на юге

и на все остальные

они огоньки на дочерна выжженном поле

дом озаряем луной

и лягушки время жуют

растирают единственным зубом

и сверчки возносят хвалу

взойдущему завтра светилу

и нам радостно

мы не знаем как здесь называются звезды

деревья красивы однако темно

и этому веришь не видя

темно

мы слышим что здесь хутора

названы явно с горя

холодно и тяжело:

Неудачье, Нищий-Провал, Безнадега,

который всех выше тот зовется Проклятой Дырой

но это только слова

все равно хорошо

и нам радостно

быть с тобой

да не погаснет свет в доме твоем

да будут