Лукницкий Павел Николаевич
«Стихотворения»

Совсем не то, что наши речи,

Не то, что притупленный взгляд.

И вдруг мне чудится: не надо

Бояться рока своего:

Священнодейственного яда

В извивах тела твоего.

И, сдув рассудок, как пушинку,

Закляв себя, как темный князь,

В лихую речку Вертушинку

Нырну с тобою, зазмеясь!

Малеевка, январь 1961

Жене и сыну - моим!

Наступило второе июня

Незабудки коврами в саду

-Здравствуй маленький.

-Здравствуй Паюня!

Все, как в том, стародавнем году!

Сколько в этом изменчивом мире

Было бед, и смертей и разлук.

А мы вместе, - и живы, и в мире,

Сын, тобою рожденный, - наш друг!

И такие немирные в спорах

Так мы любим друг-друга притом,

Что счастливой достойной опорой

Крепок наш удивительный дом!

2 июня 1972

* *

*

Тебе в любви я верен был, девчонка,

Царицей слывшая в устах других.

В твоих коленях ласковых и тонких

Прибоя силу исчерпав, был тих.

И счастье простиралось до галактик.

Вдруг познанных. Бездонные глаза

Твои, в таинственном миры творящем акте,

Вмиг иссушала звездная гроза.

И с тех высот был долгим путь на Землю,

Где вновь людьми нам предстояло жить,

Чтоб ни хвалам, ни клевете не внемля

Осколок Знания от всех таить.

17 октября 1972

6.

* *

*

Я спускаюсь с гор.

Вижу домик.

Первый домик

на горе,

Первый,

в снежном серебре

Смелый домик!

Как сюрприз

Тополя,

Да в цветах земля,

Да акации,

Вниз,

вниз!..

Это улица Авиации.

Поперек,

Улица Чкалова,

Мосток,

Ларек,

Речушка малая...

Что за город такой,

- городок?

То-ль Кавказ, то ли мой Восток?

Переулки,

Улочки,

Булки,

Булочки,

Платки,

Да сластей куски,

Всякая дребядень,

Развеселый день...

Бутыль вермутова,

Мед да воск,

Город Лермонтова,

Кисловодск!

Кисловодск, гуляючи в одиночестве,

16 декабря 1970

* *

*

С этой гамлетовской тенью

Ты теперь навек слилась!

Пахнут яблоки сиренью,

Небом - уличная грязь.

А зеваки в шубах взвились

Вороньем на провода.

Тихо едет черный "виллис",

В нем алмазная руда.

В сто карат