Лукницкий Павел Николаевич
«Стихотворения»

И мудрого Корана не читал.

Над куполом не голубое небо,

Палящий зной не целовал мечеть,

Нет уголка, усталый путник где бы,

Прохладе рад, стал о Медине петь.

Нет... Над болотом, скованным цепями

Тяжеловесных, каменных громад,

Стоит одна, опутана снегами,

Пронизывающими Ленинград.

Чтоб тяжелей еще была разлука,

Над ней свинец опущенных небес,

И не услышать ей гортанным звуком

Пророненное: "Дарига-аттес"...

1922

II

И снова, снегам изменяя,

Как вор изменяет ножу,

О юге, мечеть голубая,

Молиться к тебе прихожу.

Дай коврик под ноги босые,

Чтоб я, распростертый на нем,

Увидел холмы золотые

И взрытый ключом водоем.

Склони полумесяц медяный,

И пусть минареты твои

Поют мне стихи из Корана,

Как в мае поют соловьи.

Мечту, омовенную пеньем,

Обнимет легко тишина,

Чтоб тополем, нежащим тенью,

Стройнее вставала она.

И полный твоею тоскою,

На улицу, в север, в снега

Я выйду, склонясь головою,

Как пленник под плети врага.

И пусть меня город чугунный

Морозом и гулом казнит

Хранит мою душу твой лунный,

Незыблемо выгнутый щит.

1926

НА ПАРОВОЗЕ

С тендера в топку, полено к полену...

- "Надо ровнее их шуровать!"

Кровью на лбу наливаются вены,

Пальцы дичают: ни сжать, ни разжать.

Льда наглотался проклятый ветер.

Мало ему по степям наглеть,

В будку забрался и шарит плетью,

Душу на клочья разносит плеть.

Искрами дышет круглая дверца,

Огненный пчельник лицо изгрыз,

Тяжко играть паровозному сердцу

С черною бездной: то вверх, то вниз.

- "Эй, подкидай, да побольше сразу!"

Голос механика слышен из тьмы.

Стрелка скренилась и так до отказа,

Эдак, пожалуй, взорвемся мы.

- "День-то сегодня который?" - "Сотый!

"Верно не будет уж станции нам?...

Рвется тревожный гудок по высотам,

Как надоел он приглохшим ушам.

И все стремительней, заиндевелый,

Летит паровоз, как взбешенный барс,

Стрелочником, видно, по пьяному делу

Пущенный вместо Москвы на Марс.

1921

А Т О М

Нам давно гордиться пора:

Все умеем мы