Полонский Яков
«Стихотворения»

И тяжело рычала львица,

В пещеру загнанная львом.

И озирал злой дух с презреньем

Добычу смерти - пышный мир

И мыслил: смертным поколеньям

Отныне буду я кумир.

И вдруг, он видит, в райской сени,

Уязвлена, омрачена,

Идет, подобно скорбной тени,

Им соблазненная жена.

Невольно прядью кос волнистых

Она слегка прикрыла грудь,

Уже для помыслов нечистых

Пролег ей в душу знойный путь.

И, ей десницу простирая,

Встает злой дух, - он вновь готов,

Ей сладкой лестью слух лаская,

Петь о блаженстве грешных снов.

Но что уста его сковало?

Зачем он пятится назад?

Чем эта жертва испугала

Того, кому не страшен ад?

Он ждал слезы, улыбки рая,

Молений, робкого стыда...

И что ж в очах у ней? - Такая

Непримиримая вражда,

Такая мощь души без страха,

Такая ненависть, какой

Не ждал он от земного праха

С его минутной красотой.

Грозы божественной сверканье

Тех молний, что его с небес

Низвергли - не без содроганья

В ее очах увидел бес,

И в мглу сокрылся привиденьем,

Холодным облаком осел,

Змеей в траву прополз с шипеньем,

В деревьях бурей прошумел.

Но сила праведного гнева

Земного рая не спасла,

И канула слеза у древа

Познания добра и зла...

<1876>

В ТЕЛЕГЕ ЖИЗНИ

С утра садимся мы в телегу...

Пушкин

К моей телеге я привык,

Мне и ухабы нипочем...

Я только дрогну, как старик,

В холодном воздухе ночном...

Порой задумчиво молчу,

Порой отчаянно кричу:

- Пошел!.. Валяй по всем по трем.

Но хоть кричи, бранись иль плачь

Молчит, упрям ямщик седой:

Слегка подстегивая кляч,

Он ровной гонит их рысцой;

И шлепает под ними грязь,

И, незаметно шевелясь,

Они бегут во тьме ночной.

1876

ПАМЯТИ Ф. И. ТЮТЧЕВА

Оттого ль, что в божьем мире

Красота вечна,

У него в душе витала

Вечная весна;

Освежала зной грозою

И, сквозь капли слез,

В тучах радугой мелькала,

Отраженьем