Полонский Яков
«Стихотворения»

Ишь несется! нет конца ей...

Помутила небеса;

Но не села к нам, не съела

Ни пшеницы, ни овса..."

"Значит, все благополучно?"

"Слава богу, куманек!.."

Так они ведут беседу

С бугорка на бугорок...

Но проходит лето, - к югу

За дождем летят грачи;

Опустели огороды,

Обезлюдели бахчи...

Воротилась ли к кацапу

Беспокойная жена?

Не видать... Денек был серый,

Ночь дождлива и бурна.

Сквозь заплаканные окна

Тускло светят огоньки...

И, взъерошенные бурей,

Приуныли хуторки.

Да и на сердце неладно...

Что-то втайне их мутит,

Недовольны чем-то, - каждый

Подозрительно молчит.

Вот глядит один и видит

Ночью красное пятно...

Пригляделся, - у кацапа

Занавешено окно.

Лето целое ни разу

Не подумал он о том,

Чтоб к окну приладить ставень

Иль заткнуть стекло тряпьем.

Так зачем же занавеска?

Аль кацап, хоть и женат,

Позабыл семью и бога,

И боится - подглядят.

Вот другой глаза таращит

(Он, старик, дремал весь день)

И в потемках видит: кто-то

Перелез через плетень.

И за грядами, где бурый

Хмель оборван и повис,

У скамьи сошлись две тени

И любовно обнялись.

Хуторок не скоро понял:

"Что за черт!.. одни!. впотьмах!.."

Подошли, - скрипит ступенька

Спичка чиркнула в сенях...

Эге-ге! Дивчину вашу

Не сберег и домовой...

Вот каков наш астраханец!

И добро бы холостой!

"Ах, грехи, грехи!" И утром

Проболтался хуторок...

Ахнув, бросила старушка

Недовязанный чулок.

Видит, - внучка в новых бусах,

И с нечесаной косой...

"Ах, такая ты, сякая!

Что ты сделала с собой!.."

Внучка вспыхнула, бормочет:

"Я ли первая грешна!.."

То-то будет ад кромешный,

Как воротится жена!..

Хуторки видали виды,

Знают, правдой дорожа,

Что такой любви с похмелья

Недалеко до ножа.

И глядят уже сердито

Друг на друга хуторки,

Старикам такие шашни,

Очевидно, не с руки...

Иногда, назло им, ночью

Тут такая тишина,

Так ярка в холодном небе

Одинокая луна;

Так роса блестит на серых

Паутинках лебеды,

Что и ночью