Вулах Константин
«Лишь то, что понято»

И на взгляды призывные вновь отвечать

Захочу я.

Одного

Мне в себе не понять, не простив оттого,

Что зачем-то ищу непонятно чего,

То ли мучая этим себя самого,

То ль врачуя.

***

Среди зарослей обыкновения,

На поляне банальных потреб

Вырастает трава откровения,

Для поэзии - горький хлеб.

Вырастает язвительно-жгучая,

Хоть по виду мила и тиха,

И дождавшись удачного случая,

Вдруг становится плотью стиха.

В ней и краски не очень-то чистые,

Да и вкус оскорбляюще-груб,

Но смолкают витии речистые,

И слова их стихают у губ.

Пусть не каждому вкус ее нравится,

И сокрыты к поляне пути,

Средь людей она издавна славится,

Да попробуй ту травку найти.

Не открыта пока что учеными

И в гербарии не внесена,

Но мы ищем ночами бессонными

Место, где зеленеет она.

***

Поэт на все имеет право,

Когда он истинный поэт,

Когда лучи грядущей славы

Его судьбе даруют свет.

Его грехи, его ошибки,

Той славою озарены,

Пред нами призрачны и зыбки

И в свете славы не видны.

Зато все явственней и строже

Явится нам издалека

Тот час, что был им в счастье прожит,

Сберегла его строка.

95г.

***

Не боюсь я ни лживой хвалы,

Ни глумливого бранного слова,

Ни злой лести, ни черной хулы,

А боюсь любопытства чужого.

Я нехитрые песни пою,

Хочешь - слушай, не хочешь - не слушай.

Если что для себя утаю,

Ты не лезь за утаенным в душу.

Я и сам не хозяин над ней,

До конца ее тайны не знаю,

И души этой лично своей,

Как ни силюсь, а не понимаю.

То она весела и резва,

То тоской по завязку налита,

То пьяна от любви, то трезва,

То доступна, то глухо закрыта.

Из нее то веселье, то стон,

То согласье, а то возмущенье,

То я светом ее озарен,

То во тьме меня гложут сомненья.

Ну а что я еще в ней