Зенкевич Михаил
«Под мясной багряницей»

II

На чьих ресницах драгоценней И крупнее слезы, чем капли росы На усиках спеющей пшеницы? Чье сопрано хрустальней и чище В колоратуре, чем первые трели Жаворонков, проснувшихся в небе? Пальцы какой возлюбленной Могут так нежно перебирать волосы И душить их духами, как утренний ветер? И какая девушка целомудренней Перед купаньем на золотой отмели Сбрасывает сорочку с горячего тела, Чем Венера на утренней заре У водоемов солнечного света? Ты слышишь звездных уст ее шепот: Ослепленный смертный, смотри и любуйся Моею божественной наготой. Сейчас взойдет солнце и я исчезну...

В МАЕ

Голубых глубин громовая игра, Мая серебряный зык. Лазурные зурны грозы. Солнце, Гелиос, Ра,

Даждь И мне златоливень-дождь, Молний кровь и радуг радость! Под березами лежа, буду гадать. Ку-ку... Ку-ку... Кукуй, Кукушка, мои года. Только два? Опять замолчала. Я не хочу умирать. Считай сначала... Сладостен шелест черного шелка Звездоглазой ночи. Пой, соловей, Лунное соло... Вей Ручьями негу, россыпью щелкай! Девушка, от счастья ресницы смежив, Яблони цвет поцелуем пила... Брось думать глупости. Перепела: "Спать пора, спать пора",- кричат с межи.

*

На поле около болота Крест без могилы и межа; Здесь, говорят, давно кого-то Зарезали средь дележа.

А в небе, сумраком покрытом, Заглохнул к югу перелет, И подо мною конь копытом Сбивает с лужиц тонкий лед.

Свинцов заката блеск неяркий... Эй, ты, степное воронье, Пред тьмой над падалью раскаркай Предчувствий жуткое вранье!

1918

ГОЛОС ОСЕНИ

Над цветом яблонь и вишен в дремах Лунных

струят соперники соловьи Один из сирени, другой меж черемух Сладчайших мелодий тягучие ручьи Но радости вешней для меня родней Прощальная радость осенних дней... Так, Когда оставляет, отхлынув, мрак На заре, осколок месяца сребророгого, Превозмогая дремотную легкую лень, Встряхивая червонных листьев логово, Поднимает голову самец-олень. И вдруг Из вытянутого горла с прозрачным паром Вырывается словно в смятении яром Трубы всполохнувшейся - терпкий звук. И скользнувши по