Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Блок Александр Александрович
«Стихотворения»

Главная страница / Блок Александр Александрович «Стихотворения»
пахнуло чем-то вольным:Кончалась скука похорон,Здесь радостный галдеж воронСливался с гулом колокольным…Как пусты ни были сердца,Все знали: эта жизнь — сгорела…И даже солнце погляделоВ могилу бедную отца.
Глядел и сын, найти пытаясьХоть в желтой яме что-нибудь…Но всё мелькало, расплываясь,Слепя глаза, стесняя грудь…Три дня — как три тяжелых года!Он чувствовал, как стынет кровь…Людская пошлость? Иль — погода?Или — сыновняя любовь? —Отец от первых лет сознаньяВ душе ребенка оставлялТяжелые воспоминанья —Отца он никогда не знал.Они встречались лишь случайно,Живя в различных городах,Столь чуждые во всех путях(Быть может, кроме самых тайных).Отец ходил к нему, как гость,Согбенный, с красными кругамиВкруг глаз. За вялыми словамиНередко шевелилась злость…Внушал тоску и мысли злыеЕго циничный, тяжкий ум,Грязня туман сыновних дум.(А думы глупые, младые…)И только добрый льстивый взор,Бывало упадал украдкойНа сына, странною загадкойВрываясь в нудный разговор…Сын помнит: в детской, на диванеСидит отец, куря и злясь;А он, безумно расшалясь,Вертится пред отцом в тумане…Вдруг (злое, глупое дитя!) —Как будто бес его толкает,И он стремглав отцу вонзаетБулавку около локтя…Растерян, побледнев от боли,Тот дико вскрикнул…Этот крикС внезапной яркостью возникЗдесь, над могилою, на «Воле», —И сын очнулся… Вьюги свист;Толпа; могильщик холм ровняет;Шуршит и бьется бурый лист…И женщина навзрыд рыдаетНеудержимо и светло…Никто с ней не знаком. ЧелоПокрыто траурной фатою.Что там? Небесной красотоюОно сияет? Или — тамЛицо старухи некрасивой,И слезы катятся ленивоПо провалившимся щекам?И не она ль тогда в больницеГроб вместе с сыном стерегла?..Вот, не открыв лица, ушла…Чужой народ кругом толпится…И жаль отца, безмерно жаль:Он тоже получил от детстваФлобера странное наследство —Education sentimentale.От панихид и от обеднейИзбавлен сын; но в отчий домИдет он. Мы туда пойдемЗа ним и бросим взгляд последнийНа жизнь отца (чтобы устаПоэтов не хвалили мира!).Сын входит. Пасмурна, пустаСырая, темная квартира…Привыкли чудаком считатьОтца — на то имели право:На всем покоилась печатьЕго тоскующего нрава;Он был профессор и декан;Имел ученые заслуги;Ходил в дешевый ресторанПоесть — и не держал прислуги;По улице бежал бочкомПоспешно, точно пес голодный,В шубенке никуда не годнойС потрепанным
Назад  

стр.316

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.316

  Вперед