Пушкин Александр Сергеевич
«Борис Годунов»

И г у м е н. Ересь, святый владыко, сущая ересь.

ДВА СТОЛЬНИКА.

П е р в ы й.

Где государь?

В т о р о й.

В своей опочивальне

Он заперся с каким-то колдуном.

П е р в ы й.

Так, вот его любимая беседа:

Кудесники, гадатели, колдуньи. –

Всё ворожит, что красная невеста.

Желал бы знать, о чем гадает он?

В т о р о й.

Вот он идет. Угодно ли спросить?

П е р в ы й.

Как он угрюм!

(Уходят.)

Ц а р ь (входит).

Достиг я высшей власти;

Шестой уж год я царствую спокойно.

Но счастья нет моей душе. Не так ли

Мы с молоду влюбляемся и алчем

Утех любви, но только утолим

Сердечный глад мгновенным обладаньем,

Уж охладев, скучаем и томимся?...

Напрасно мне кудесники сулят

Дни долгие, дни власти безмятежной –

Ни власть, ни жизнь меня не веселят;

Предчувствую небесный гром и горе.

Мне счастья нет. Я думал свой народ

В довольствии, во славе успокоить,

Щедротами любовь его снискать –

Но отложил пустое попеченье:

Живая власть для черни ненавистна.

Они любить умеют только мертвых –

Безумны мы, когда народный плеск

Иль ярый вопль тревожит сердце наше!

Бог насылал на землю нашу глад,

Народ завыл, в мученьях погибая;

Я отворил им житницы, я злато

Рассыпал им, я им сыскал работы –

Они ж меня, беснуясь, проклинали!

Пожарный огнь их домы истребил,

Я выстроил им новые жилища.

Они ж меня пожаром упрекали!

Вот черни суд: ищи ж ее любви.

В семье моей я мнил найти отраду,

Я дочь мою мнил осчастливить браком –

Как буря, смерть уносит жениха.....

И тут молва лукаво нарекает

Виновником дочернего вдовства –

Меня, меня, несчастного отца!....

Кто ни умрет, я всех убийца тайный:

Я ускорил Феодора кончину,

Я отравил свою сестру царицу –

Монахиню смиренную.... всё