Мориц Юнна
«Лицо»

Розы грубили меня,

Гробили — пышно цвели

Всюду, где только могли:

Стыдом — на щеках,

Трудом — на руках,

Целующим ртом — в облаках!

Так нестерпимо алел

Рдянец — чтоб он околел!

Из-за него одного

Никто ведь меня не жалел:

Ни желчный мудрец,

Ни алчный юнец,

Ни совесть — грызучий близнец!

Взглядом не покажу,

Через какую межу

Я перешла, чтоб велеть

Огненным розам белеть:

Стыдом — на щеках,

Трудом — на руках,

Целующим ртом — в облаках!

Так нестерпимо белеть,

Светом сплошным — без огня,

Чтобы при жизни — и впредь! -

Не пожалели меня:

Ни желчный мудрец,

Ни алчный юнец,

Ни совесть — грызучий близнец!

Так нестерпимо белеть,

Чтоб не посмели жалеть

Те, кто меня не жалели,

Когда мои розы алели:

Стыдом — на щеках,

Трудом — на руках,

Целующим ртом — в облаках!

1976

Снега выпадают и денно и нощно,

Стремятся на землю, дома огибая.

По городу бродят и денно и нощно

Я, черная птица, и ты, голубая.

Над Ригой шумят, шелестят снегопады,

Утопли дороги, недвижны трамваи.

Сидят на перилах чугунной ограды

Я, черная птица, и ты, голубая.

В тумане, как в бане из вопля Феллини,

Плывут воспарения ада и рая,