Жуковский Василий Андреевич
«Марьина роща»

- Благословляю приход твои, - сказал отшельник, - давно пророческое сновидение возвестило мне его в этой пустыне. В лице твоем узнаю того юношу, который несколько раз являлся мне в полуночное время, когда в спокойном сне отдыхал я после трудов и молитвы.

- Кто ты, старец? - спросил Услад, исполненный умиления и тайного страха.

- Смиренный отшельник Аркадий, - отвечал старик. - Два года, как поселился я на берегу светлой Яузы, в этой уединенной хижине. Здесь провожу дни свои в молитве, оплакиваю прошедшие заблуждения и спасаюсь. Приди в обитель мою, несчастный труженик: в ней обретешь утраченное спокойствие, а с ним и желанное забвение прошедшего. Скажи мне, кто указал тебе дорогу к моей неизвестной хижине?

Услад описал ему несчастия своей жизни.

- Так, - воскликнул Аркадий? выслушав повесть Услада, - здесь, на берегу Яузы, покоится несчастная твоя Мария; мне назначило божие провидение принять последние взоры ее и примирить с небом ее отлетающую душу. Слушай: в одно утро я собирал коренья на берегу Яузы; внезапно поразили слух мой жалобные стенания... Иду... шагах в пятидесяти нахожу женщину, молодую, прекрасную, плавающую в крови, - это была твоя Мария; вдали раздавался конский топот.; воин, одетый в панцирь, мелькал между деревьями; он вскоре исчез в густоте леса - то был убийца Рогдай. Беру в, объятия умирающую Марию - увы! последняя минута ее уже наступила, уста и щеки ее побледнели, глаза смыкались. Медленно подняла на меня угасающий взор. "Прими мою душу, благослови меня", - сказала она, усиливаясь приложить руку мою к сердцу. Я перекрестил ее - умирающая посмотрела на меня с благодарностию. "Ангел-утешитель, - сказала она, простирая ко мне объятия, - молись о душе моей, молись об Усладе". Взоры ее потухли,