Дехлеви Амир Хосров
«Стихи»

Где былой огонь? Стал, увы, золою. Точно мотылек, я сожжен свечою.

Но опять вдали показалась пери, И душа опять ей открыла двери.

Я в любви застрял, точно волос в гребне. Оттого Хосров у молвы на гребпе.

* * *

Ты мне ответишь на зов едва ли, И тяжко бремя моей печали. О, как терзаешь меня жестоко! Должно быть, это веленье рока.

В груди не сердце, а чаша горя. Вместимость чаши иссякнет вскоро.

Зачах я, точно без влаги колос. Как я, пожалуй, не тонок волос.

Познав жестокой любовь и чары, Считаю лаской судьбы удары.

Слезами таю, как тают свечи, И все ж надеюсь и жажду встречи.

О, ты пытаешь меня умело: Уносишь сердце, сражаешь тело.

Проклятья сыплешь, бранишь Хосрова? За все ответишь, поверь на слово.

* * *

Как мне жить, скажи, коль ты за далью? Черпать радость можно ли в печали?

Ты жестока, и судьба жестока. Как укрыться от ударов рока?

Я, скиталец, разорен тобою. Как не плакать над такой судьбою?

"Душу дай!" - сказала. О убийца! Я влюблен, зачем же мне скупиться?

Кровь прольешь утратившего разум? Я - твой раб, довольным быть обязан.

Щедрым был, с тобой не торговался. Где же я, однако, просчитался?

Я не сплю, но ты о том не знаешь, Безмятежно сладкий сон вкушаешь.

На щеках страдальца начертали Слезы горя повесть о печали.

Жажду слить мои уста с твоими Рок воздвиг преграду между ними.

Мимо стража проскользнул бы вором Скован я небесным приговором.

Не даришь Хосрову поцелуя, Как же раны залечить могу я?

* * *

Нет стройнее стана под луною! Безраздельно ты владеешь мною.

Ротик - приоткрытая фисташка Улыбнется, я вздыхаю тяжко.

Шпоришь, зная - силы на исходе. Что же, шпорь! В твоих руках поводья.

Полюби! Позволь коснуться стана. Я беречь тебя от сглаза стану.

Повелишь: