Варлен Поль
«Стихотворения»

В бессонной дремоте. В конце про губы алые спою

Хрипло и глухо, Про нежность истерзавшую твою,

Мой ангел и шлюха! Дай, чтоб вошел и в слух, и в душу звон

Лютни ленивой: Лишь для тебя мной этот гимн сложен,

Жестокий и льстивый! ГЕОРГИН Владычица толпы, чьи взоры с поволокой Обходят медленно свой круг, как у вола; Твой полный стан блестит, как твердая скала. Ты - пышный, сочный цвет, не пахнущий, высокий, И тела твоего проникнуты черты Непогрешимостью спокойной красоты. Пусть тела запахом другие нас пленят! Где ты, там никакой не веет аромат. Ты царствуешь, Кумир, не слыша фимиама. Так георгин, - король, одетый в багрянец, Среди жасминных куп вздымает свой венец, Благоуханий чужд, без гордости, но прямо. Приходит ночь. Сова летит. Вот час, когда Припоминается старинное преданье. В лесу, внизу, звучит чуть слышное журчанье Ручья, как тихий шум злодейского гнезда. В ЛЕСАХ Одни, наивный иль с вялым организмом, Услады томные найдут в лесной тени, Прохладу, аромат, - и счастливы они. Мечтания других там дружны с мистицизмом, И счастливы они. А я... меня страшат И неотступные и злые угрызенья, Дрожу в лесу, как трус, который привиденья Боится или ждет неведомых засад. Молчанье черное и черный мрак роняя, Все ветви зыблются, подобные волне, Угрюмые, в своей зловещей тишине, Глубоким ужасом мне сердце наполняя. А летним вечером зари румяный лик, В туманы серые закутавшися, пышет Пожаром, кровью в них, - и жалобою дышит К вечерне дальний звон, как чей-то робкий крик. Горячий воздух так тяжел; сильней и чаще Колышутся листы развесистых дубов, И трепет зыблет их таинственный покров И разбегается в лесной