Патрацкая Наталья
«Стихотворения Часть 2»

И тело пагубно танцуя,

Держало в мышцах автомат.

И голова несла надменно,

Мужские, крепкие черты,

Оттенок кожи светло медный,

И волосы еще черны.

Рука ласкала плоть девицы,

Дышала нежно слишком грудь,

Рука щипнула ягодицы,

Тем, говоря: про все забудь.

Они дышали возбужденно,

Их танец близился к концу,

Они, сжимаясь напряженно,

Легли подобием свинцу.

И застрочил он пулеметно,

Так ускоряя ритм и темп,

И попадая очень метко,

Был поцелуем сладким – нем.

Коньяк ласкал внутри забвеньем,

Про все на свете забывал,

Вдруг озарился мозг, как светом,

Белье он ванне полоскал.

Как выглядит супер дама?

Манто, кавалер, авто?

Тогда ей нужна охрана,

Что в жизни не все равно.

И жутко ходить красивой,

И страшно идти одной,

Носить с собой много ксивы,

И жадность всему виной.

Проскочит, кто будет проще,

Пройдет – кто бес суеты,

Кто в курточке, что короче,

Когда не поймешь: кто ты?

А кто не хочет охрану,

И денег с собою – нет,

Не надо ходить так рано,

Когда уже спит весь свет.

Сольная жизнь на подмостках инета,

Арии песен, не спетых ни кем,

Прыгает в вечность златая монета,

Сыгран еще замечательный гейм.

Новые ракурсы нам приоткрыты,

Можно опять уловить теплый миг,

Можно уткнутся в дела без корыта,

И улыбнуться тому, кто так мил.

В солнечной страсти есть искры столетий,

В каждом оттенке есть таинство лет,

В каждой любви есть картинка для сплетен,

Или до счастья мгновенный билет.

Сольные чувства исчезнут незримо,

Мы улыбнемся такой пустоте,

Были и не были только что примой,

Снова в любви мы на белом листе.

Шепот мгновений любви лучезарной,

Грезится вновь, как предвестник стихов,

Мы покоряемся счастью азартно,

Мы преуспели, мы – чадо веков.

Российский мот, красивый кот,

Он несомненный полиглот,

Красавец кожаных колен,

Любимец сказочных Елен,

На лимузине экспорт – класс,

Он в пробках просто милый Ас,

С прической Некого Сережи,

В цепочках весь и кольцах в коже,

Он был бы пагубным вельможей,

На знаменитость весь похожий,

Но голос выдавал его,

Что он как будто не того,

Он слишком нежен и хорош,

Он до язычества пригож,

В любви любой он знает толк,

Любовниц знает нежный шелк,

Он