Патрацкая Наталья
«Стихотворения Часть 2»

Где Толя русский, как из Польши,

Был для меня и как Сатир.

Нетерпеливость в нем искрилась,

Хватал меня за все и вся,

Я, правда, вовремя отбилась,

И с ним водилась, но не мстя.

Он так вошел во все, что рядом,

Он просто был вокруг меня,

Не отпускал меня и взглядом,

В любовный мир меня маня.

Я им жила, а он жил мною,

Мы друг от друга без ума,

Так было летом и весною,

Такая, стало быть, судьба.

А что же Вова? Он женился,

Но не на мне, всю жизнь звонил.

А в этот год? Он, что разбился?

Он в Волгоград летел без сил?

А как же Толя? Годы вместе

Прожили мы без лишних слов,

И нет его. Кто стал вдруг вместо?

Ушла баллада трех углов.

Тренажерный, хитрый зал,

Где открыты окна,

Ты меня в него позвал,

Чтоб от пота мокнуть.

Но ты знаешь, без проблем

Я прошла все трюки,

И приятен в мышцах плен,

И совсем нет скуки.

И десятки разных раз,

Что-то отжимаю,

Словно жму все без проказ,

Но все понимаю:

Мои мышцы – молодцы,

Я вдыхаю воздух,

Кто придумал – хитрецы,

Но стоят лишь возле,

Лишь посмотрят, как я жму…

Я скучаю по нему…

Эх, люблю поплавать я в голубой стихии!

Очень чистая вода и гребки лихие.

Я плыву туда – сюда, мало отдыхаю,

Доплываю до борта, а потом вздыхаю.

Поверну и поплыву, как родня лягушки,

Над водой всегда видна лишь моя макушка.

Из бассейна путь в парилку,

Сауна по – нашему,

И лежу я словно, милка,

Мысли стали кашею.

Вся я стала, как в капели,

Так пора опять в купели.

Я возвращаюсь к человечеству,

Я просто замуж выходила,

Есть в этом нечто что-то вечное,

И словно в пасти крокодила.

Есть в этом жизнь, и есть условности,

Мысль перевязана шпагатом,

И публикаций место лобное,

Уж не закрыто в три наката.

Теперь есть критик от домашности,

Он не пускает взвиться птицей,

И не Наташкой стала Машкою,

Все ж в крокодиле не сидится.

Возник в