Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Дорофеев Владислав Юрьевич
«Вечерник»

Главная страница / Дорофеев Владислав Юрьевич «Вечерник»
кинул,но нежный дом чужой, не наш. Не здесьглаза больные эти дышат. Минулголос памяти, остались шум и месть.1983
Томление
Змея у женщины в спине,тень дерева провисла в небе,иглой лица пробью окно,а в комнате возникнет лебедь.Я слышу запах нежный плечи вижу брови черные и бабьи,и плечи бледные, их нежный цвет,и зад, как розовые губы рыбьи.Живот горячий и простой,рука упрятана в подсвечник,глаза холодные дугой,лицо, упрятанное в вечность.В перчатке рука оголенная вяла.Лежала.По рыбьи работали пальцы.Вяло.1982, 2005
* * *
Снег падал в этот вечер впопыхах,когда ушли мы от креста и гроба,нам пели в Гефсиманьевских садах,мы целовались на чужом пороге.Ты проклята лишь в собственных глазаха я люблю твое лицо ночное,от страха чистое, как легкий прах,в тебе я жду желание святое.Мой у нее на шее образок,а в руках голодная прохлада,я ее лишь целовал в висок,а хотел увидеть голым задом.Такая грудь напомнила нам чашу,мы пьем тебя и падаем на дно,конечно, небо звездное глядит в окно,конечно, я люблю, почти что плачу.Сегодня пахнет тишиной и болью,сегодня, кажется, я буду пьян,я душу вынимаю из подполья,но падает мой выпитый стакан.Сегодня ветер между сопок,сегодня на бульвары выйдешь ты одна,найду я на ладонях очертания креста,и в сердце болью нарастает рокот.Идут по колесу бульвара люди,у них нет страха перед божеством,давно забыты ангелы и судьбы,живут они под огненным крестом.Мы сядем в поезд длинный и зеленый,и тепловоз проглотит свечку зла,и мускул мой голодный и холеныйпотянется к огню, и мы сгорим дотла.И будет день, и море на песке,и флаги будут на морских просторах,в разбитом мы останемся стекле,настанет ночь в последних разговорах.Твое лицо, печальное как старость,над городом взметнется в пустоте,уснет твоя задушенная жалость,а я воскресну в зыбкой темноте.1993
* * *
На фоне тонких стен сидит усталая блондинка,и нет лица,и рот в воде,и пламень бьется на столе.Кривые зеркала в глазах,в них слезы под углом.Здесь всякий умирает;или вот так: здесь всякий не живет.1981, 2005
* * *
И тотчас я присоединил волновод своего
Назад  

стр.88

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.88

  Вперед