Дорофеев Владислав Юрьевич
«Вечерник»

А ты сделай усилие, встань, обернись, почувствуй. Увидишь, у тебя получится.

1994

Когда небо заходило за землю, а свобода казалось такой желанной, что уже ноги не чувствовали головы, а руки уже воспарили за горизонт, тогда нам представилась возможность, которая была равна вселенной. И тогда уже ничто нас не сдерживало, только казалось, что плоскость сна раздвоилась на то, что было потом и то, что настанет. Если только посмотреть так, чтобы степень равенства не казалась постоянной, а сущность сна растворилась в сомнениях и сновидениях, тогда уже ничто нас не сдерживает, кроме вчера и сегодня. Просто нам кажется, что вранье усиливается враньем, а степень зла только степенью правды. Ничто не сильнее, но и сила уже не кажется сильнее слабости. Вчера я потерял силу, но сегодня сила вернулась, чтобы спасти то, что еще можно спасти, чтобы привлечь то, что еще можно понять. Таким я запомню себя, таким, которым я не помню тебя. Лучше меня нет ничего на свете, хуже, чем ты, есть только я. Традиция правды – это когда радостно мне, это когда страдают те, кто не должен страдать, те, кто не умеет страдать. Хочется обрести такое состояние, в котором не нужно страдать от осознания собственной любви к самому себе, от страха перед собственной светлостью, перед собственной тенью, перед собственной жадностью, перед собственной храбростью. И ничто мне уже не поможет. Последняя надежда умерла. Уже только лебедь склонила свою безмозглую голову, и камыши заволновались на берегу. И хочется обнять этот воздух и хочется обрести новую свободу, в которой нуждается душа, ждущая расцвета. Нет ничего, чтобы нас волновало, но