Кузмин Михаил
«Стихотворения, не вошедшие в прижизненные сборники»

Льву ее разорвать нельзя.

Аргус ты и слепец, пламя и холод ты,

Кроткий, нежный тиран, мудрость безумья ты,

Ты - здоровье больных, буря спокойная,

Ты - искатель цветных камней.

Тихо все в глубине; сердце как спит у нас:

Эрос, меткий стрелок, сердце пронзит стрелой

Славно луч заблестит алой зари дневной.

Мрак ночной далеко уйдет.

Все сияет для нас, блеском залито все,

Как у лиры струна, сердце забьется вдруг,

Будто факел зажгли в царском хранилище,

Мрак пещеры убит огнем.

Эрос, факел святой, мрак разогнал ты нам,

Эрос, мудрый стрелок, смерть и отраду шлешь,

Эрос, зодчий-хитрец, храмы созиждешь ты,

Ты - искатель цветных камней.

5

Я к магу шел, предчувствием томим.

Был вечер, быстро шел я вдоль домов,

В квартал далекий торопясь до ночи.

Не видел я, не слышал ничего,

Весь поглощенный близостью свиданья.

У входа в дом на цепи были львы,

Их сдерживал немой слуга; в покоях

Все было тихо, сумрачно и странно;

Блестела медь зеркал, в жаровне угли

Едва краснели. Сердце громко билось.

К стене я прислонившись, ждал в тиши.

И вышел маг, но вышел он один...

6

Радостным, бодрым и смелым зрю я блаженного

мужа,

Что для господства рожден, с знаком царя на челе.

Всем не одно суждено, не одно ведь для всех

добродетель,

Смело и бодро идет вечно веселый герой.

В горных высотах рожденный поток добегает до

моря.

В плоских низинах вода только болото дает.

С кровли ты можешь увидеть и звезды далекие в

небе,

Темную зелень садов, город внизу под холмом.

Скорым быть, радости вестник, тебе надлежит;

осушивши

Кубок до дна, говори: "Выпил до капли вино".

И между уст, что к лобзанью стремятся, разлука

проходит.

Скорым быть нужно, герой; куй, пока горячо.

Радостна поступь богов, легка, весела их осанка,

Смех им премудрей всего, будь им подобен, герой.

7

Казнят? казнят? весь заговор открыт!..

Все цезарю