Леопарди Джакомо
«Стихотворения»

Величия людей певец неутомимый,

И на седых безжизненных камнях

Пропой свой гимн обычный и любимый.

Приди сюда,- здесь рок запечатлел

Величие и славу наших дел!

Да, пусть идет сюда, кто любит восхищаться

Тобой, о век кичливый и пустой!

Оставив путь великий и прямой,

Что мысль воскресшая тебе предначертала.

Ты воротился вспять, слепец, назад глядишь,

Но жалкой спеси полн, "вперед иду" кричишь!

О, пусть твои сыны, покорствуя судьбе

И над тобой смеясь, бесстыдно льстят тебе.

Но знаю я, что скорое забвенье

Удел того, кто, сердца не щадя,

Клеймит свой век заслуженным укором.

О, нет, я не мирюсь с тем, что зовут позором,

И прямо говорю: глубокое презренье

К тебе, мой век, в душе питаю я!

Что сделал ты? Мечтая о свободе,

Ты мысль поработил,- залог ее святой!

Ты цель сковал тому, что вопреки природе

Одно могло спасти мой край родной

Из мрака варварства и рабского косненья,

Одно могло поспорить с этой тьмой

И нам блеснуть зарею обновленья!

Суровой истины, что жребий твой убог,

Как жалкий трус, ты вынести не мог.

От веры ты бежал и трусом называешь

Того, кто служит ей, не слушая тебя,

И только одного великим почитаешь

Того, кто, не щадя ни близких, ни себя,

Всех остальных насмешливо поносит

И жалкий жребий свой до неба превозносит!

Больной бедняк, но с честною душой!

Себя ты не зовешь ни сильным, ни богатым.

Но нищий силою и доблестью святой

Открыто кажет нам убогий образ свой

И срама своего не только не стыдится,

Но даже им кичится...

Нет, не велик, а глуп в моих глазах,

Кто жизнь свою ходя на помочах,

Рожденный в немощи и вскормленный бедою,

Кричит, что избран он для счастия судьбою,

И счастье то сулит таким же, как и сам,

Униженным бессильным беднякам,

Которых бурный вздох разгневанного моря,

Ток воздуха, травленный чумой,

Иль глубины подземной содроганье

Могли б стереть, как