Бальмонт Константин
«Жар-птица. Свирель славянина»

В это мгновение, в музыке звона,

В гуле весенних ликующих сил,

Льды разломились.

Мартовский Месяц победно светил.

Милый и милая вместе вверху очутились.

Звезды отдельные в небе над ними светились,

Словно мерцанья церковных кадил.

Веяло теплой весною.

Звоны и всплески неслись от расторгнутых льдин.

«О, наконец я с тобой!»—«Наконец ты со мною!»

Если попутает Дьявол, так Бог лишь поможет один.

Тайной скрыты все рожденья,

Тайной скрыта наша смерть.

Бог, спаси от искушенья,

И возьми нас после смерти в голубую твердь.

Вот, выходит мать из терема, и вся она — кручина,

Черным шелком обвила она дитя, родного сына,

Положила на кораблик, и пустила на Дунай.

«Уплывай, судьба, в безвестность Горе! Дитятко,

                                          прощай».

Чтобы страшного избегнуть, по волнам дитя пустила,

Обливаяся горючими слезами, говорила:—

«Ах, ты тихий Дунай,

Ты сыночка принимай,

Ты кораблик этот новый потихоньку колыхай.

А ты, быстрая вода,

Будь ему сестрой всегда.

А ты, желтый песок,

Береги его, как золото не раз ты уберег.

Вы, леса,