Китс Джон
«Ламия, Изабелла, Канун святой Агнесы и другие стихи»

Коринфяне! Взгляните на злодея:

Под веками, безумьем адским рдея,

Взор демона горит... И нет укрытья

290 Любви моей... Коринфяне, взгляните!"

"Глупец!" - с презрением софист изрек

Охрипшим голосом - и, словно рок

Свершился неизбежный, с жалким стоном

Пал Ликий перед призраком склоненным.

295 "Глупец! - вновь Аполлоний произнес,

Глаз не спуская с Ламии. - От гроз

И бедствий жизни я тебя спасал

Затем ли, чтоб змеи ты жертвой стал?"

При слове том у Ламии несчастной

300 Дух захватило: беспощадно-властный

Разил ее, как пикой, острый взор.

Рукою слабой смертный приговор

Молила не произносить - напрасно!

Софист суровый с ясностью ужасной

305 "Змея!" воскликнул громко... В этот миг

Послышался сердца пронзивший крик

И Ламия исчезла... Упоенье

Ушло от Ликия, и в то ж мгновенье

Угасла жизнь... Друзьями окружен,

310 Простерт на ложе без движенья он:

И обернули тело в свадебный хитон.

(Сергей Сухарев)

ИЗАБЕЛЛА, ИЛИ ГОРШОК С БАЗИЛИКОМ

Повесть из Боккаччо

1

Вассал любви - Лоренцо молодой,

Прекрасна, простодушна Изабелла!

Возможно ль, чтоб под кровлею одной

Любовь сердцами их не овладела;

Возможно ль, чтоб за трапезой дневной

Их взгляды не встречались то и дело;

Чтобы они средь ночи, в тишине,

Друг другу не пригрезились во сне!

II

9 Любовь их становилась все нежнее,

С зарею каждой - глубже и нежней.

Он мысленно не расстается с нею

Ни в доме, ни в саду, ни средь полей;

Ей звуки голоса его милее,

Чем шелест ручейка в тени ветвей.

"Лоренцо!" - шепчет дева, как признанье,

И путает узоры вышиванья.

III

17 Еще не видя, знал он, чья рука

Беззвучно на щеколду опустилась;

Он зорче был, чем сокол, в облака

Взмывающий: лишь к небу обратилось

Ее лицо - в окно издалека

Он профиль различит; она молилась,

Идя ко сну, - а он уж был готов

Ждать звука утренних ее шагов.

IV

25 Весь май