Окуджава Булат
«Стихотворения»

Марине Владимировне Поляковой

О Володе Высоцком я песню придумать решил:

вот еще одному не вернуться домой из похода.

Говорят, что грешил, что не к сроку свечу

затушил…

Как умел, так и жил, а безгрешных не знает

природа.

Ненадолго разлука, всего лишь на миг, а потом

отправляться и нам по следам по его по горячим.

Пусть кружит над Москвою охрипший его

баритон,

ну а мы вместе с ним посмеемся и вместе поплачем.

О Володе Высоцком я песню придумать хотел,

но дрожала рука и мотив со стихом не сходился…

Белый аист московский на белое небо взлетел,

черный аист московский на черную землю

спустился.

1980

Глас трубы над городами,

под который, так слабы,

и бежали мы рядами

и лежали как снопы.

Сочетанье разных кнопок,

клавиш, клапанов, красот;

даже взрыв, как белый хлопок,

безопасным предстает.

Сочетанье ноты краткой

с нотой долгою одной —

вот и все, и с вечной сладкой

жизнью кончено земной.

Что же делать с той трубою,

говорящей не за страх

с нами, как с самой собою,

в доверительных тонах?

С позолоченной под колос,

с подрумяненной под медь?…

Той трубы счастливый голос

всех зовет на жизнь и смерть.

И не первый, не последний,

а спешу за ней,