Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Вольтер
«Орлеанская девственница»

Главная страница / Вольтер «Орлеанская девственница»
сердцахВсе оставляет след, как в мягкой глине.Всего же легче, кажется, поныне,Ошеломить нас и внушить нам страх!Добряк Лурди своим ужасным крикомГораздо больше напугал солдат,Чем амазонка в наступленье дикомИ все герои, что за ней летят.Привычка верить чуду без сомнений,Дух заблуждений, головокружений,Видений без начала и конца,Совсем смутил британские сердца.Британцы знали боевые громы,Но были с философией ониВ те времена не очень-то знакомы, —Встречаешь умных только в наши дни.Шандос, уверенный в удачном бое,Кричит своим: «Британские герои,За мной, направо!» Он сказал, но тутВсе повернули влево и бегут.Так некогда в равнине плодородной,Там, где Евфрат струится многоводный,Когда решил людской надменный родВоздвигнуть столп до божиих высот,Бог, этого соседства не желая,В сто языков язык их превратил.Кому была нужна вода простая,Тому сосед известку подносил,И весь народ, осмеян богом сил,Рассеялся, постройку оставляя.Тотчас же осажденный ОрлеанУзнал про пораженье англичан:Летит молва на легких крыльях птицы,Повсюду славя доблести девицы.Вы знаете великолепный пылФранцузов; он всегда таким же был.Они идут на битву, как на праздник.Бастардов украшенье, Дюнуа[48], —За Марса приняла б его молва, —За ним Сентрайль, Ла Гир, Ришмон-проказникИ Ла Тримуйль спешат из стен в лугаИ, будто бы преследуя врага,Кричат: «Кому здесь жизнь не дорога?»Но враг их поджидал: за воротамиТальбот, весьма благоразумный вождь,Учтя их возрастающую мощь,Расположился с десятью полками.Он, руки к небу страстно вознося,Амуром и Георгием клялся,Что скоро въедет в город осажденный.Жила мечта в нем, нет, пожалуй, две:Давно пылала страстью потаеннойК нему супруга толстого Луве.И гордый воин, смелый и упрямый,Мечтал владеть и городом и дамой.Лишь выступили рыцари, и вотИм на голову падает Тальбот;Они смешались, и борьба идет.Равнины орлеанские, вы былиСвидетелями тягостных усилий,Кровь человечья веществом своимВас унавозила на двести зим.Нет, никогда ни Мальплакэ, ни Зама,Ни сам Фарсал[49], классическая яма,Все знаменитые места боевНе видели так много мертвецов.И друг о друга копья ударялисьИ, словно щепки, пополам ломались;Копыта вздыбившихся лошадейДавили обезумевших людей;Снопы огней, рождаясь под мечами,С полуденными спорили лучами;Отрубленные, посреди травы,Катались руки, ноги и главы.С высот небесных
Назад  

стр.128

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.128

  Вперед