Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Вольтер
«Орлеанская девственница»

Главная страница / Вольтер «Орлеанская девственница»
толста, испанка, англичанка,Магометанка или христианка —Различья их я утоплю в вине!»От этих слов бессовестных краснея,Рыданий не сдержала Доротея,И бурно облака ее очейЛьют слезы на точеный носик ей,На подбородок с ямкой небольшою,Что сам Амур ваял своей рукою;Ей скорбь и гибель чудятся кругом.Британка же задумалась, потомНа дерзостного вора погляделаИ улыбнулась холодно и смело:«Признаюсь, я была б совсем не прочьДобычей вашей стать на эту ночь,На что способна, доказав на деле,Дочь Англии с разбойником в постели».На эту речь достойный МартингерСказал, уж будучи немного пьяным:«В делах любви – британки всем пример», —И снова пьет стакан он за стаканом,Ее целует, ест и снова пьет,Ругается, смеется и поет.Рукою дерзкой – я сказать чуть смею —Он треплет то Юдифь, то Доротею.Та плачет; эта, виду не подав,Не покраснев, ни слова не сказав,Все позволяет грубому созданью.Но наконец окончен пир, и вот,Пошатывась и с невнятной бранью,Разбойник наш из-за стола встает,Сверкнув глазами, к выходу идетИ, Бахусу воздав даров без меры,Готовится на празднество Венеры.Британке Доротея, вся в слезах,Тогда испуганно сказала: «Ах,Ужель разделите вы с вором ложе?Ужель разбойник заслужил, о боже,Чтоб наслажденье дали вы ему?»«Нет, я готовлюсь вовсе не к тому, —Утешила подруга Доротею, —И постоять за честь свою сумею:Я рыцарю любимому верна.Бог наградил, как знаете вы сами,Меня двумя могучими руками;Недаром я Юдифью названа.Умерьте же напрасную тревогу,Побудьте здесь и помолитесь богу».Она идет, окончив эту речь,В постель хозяина спокойно лечь.Завесой сумрачной ночная дремаУкрыла стены проклятого дома.Разбойники толпою, охмелев,Ушли проспаться, кто в сарай, кто в хлев,И в этот миг, дышать почти не смея,Совсем одна осталась Доротея.Был Мартингер необычайно пьян.Не говоря, не поднимая взгляда,Расслабленный парами винограда,Усталою рукой он обнял станКрасавицы. Но все же, без сомненья,Он жаждал сна сильней, чем наслажденья.Юдифь, в коварной нежности своей,Его заманивает в глубь сетей,Что смерть ему коварно расставляет,И вскоре обессиленный злодейЗевает тяжело и засыпает.У Мартингера был над головойПовешен, по привычке, меч стальной.Британка тотчас же его хватает,Аода, Иаиль припоминает,Юдифь, Дебору, Симона-Петра,От чьей руки ушам
Назад  

стр.128

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.128

  Вперед