Кобылинский Л. Л.
«STIGMATA»

То не я ли пеленала

пеленами плоть Христа,

и, рыдая, лобызала

руки, ноги и уста?

Там, в саду, где скрыл терновник

вход пещерный, словно сон,

Ты не мне ли, как садовник,

вдруг явился изъязвлен?

Вот лобзая язву Божью,

вся навеки проклята,

припадаю я к подножью,

чтобы Ты сошел с Креста.

Завтра ж снова в час проклятый

в нетерпимом свете дня

беспощадно Ты, Распятый,

снова взглянешь на меня!

Брачное ложе твое изо льда,

неугасима лампада стыда.

Скован с тобою он (плачь иль не плачь!)

Раб твой покорный, твой нежный палач.

Но, охраняя твой гаснущий стыд,

злая лампада во мраке горит.

Если приблизит он жаждущий взор,

тихо лампада прошепчет: «Позор!»

Если к тебе он, волнуясь, прильнет,

оком зловещим лампада мигнет.

Если он голову склонит на грудь,

вам не уснуть, не уснуть, не уснуть!

Злая лампада — то око мое,

сладко мне видеть паденье твое.

Сладко мне к ложу позора прильнуть,

в очи, где видел я небо, взглянуть.

Будь проклята, проклята, проклята,

ты, что презрела заветы Христа!

Заповедь вечную дал нам Господь:

«Станут две плоти — единая плоть!

Церковь