Криге Эйс
«Бесприютное сердце (сборник)»

в пустыне,

где ни солнца, ни малого блеска не теплится ныне,

даже зеркальца грузовика, что пылинка на каждой кабине

(не отвинченные до сих пор, несмотря на приказ по войскам),

в мертвом сердце этой наимертвейшей из умерших

стран, не подвластной векам,

где не прочно ничто и враждебно ко всем чужакам,

ко всему, что нарушить посмеет законы двумерной твердыни,

где один лишь песок вихревой,

неживой, ножевой,

одержим,

бесконечно кружим,

беспощаден к чужим,

так положено здесь, это норма,

так осколки бессчетных ракушек над берегом моря

взлетают, бичуемы яростью шторма:

здесь,

в этом мире песка, ураганного ветра, грядущего боя,

что проклят, и мерзок, и адов,

в скучной бездне которого нет ни росинки,

ни жаворонков, что под небом кроваво-алмазным

не спели ни песни, свое в океане воздушном

отпрядав,

где единая - о, слишком скоро - поднимается песня,

поднимается воем снарядов,

ревом бомбардировщиков, грузно входящих в пике,

дробным лязгом базук и зениток и беглою дробью

винтовок, с которыми будет слита трескотня

пулеметов, плюющихся смертью, бурчанием пушек,

и щелканьем пуль, и шипением моря огня,

свистом мин, переменой прицелов, откатом орудий,

отдачей прикладов,

гулким уханьем бомб, что взрываются,

вдосталь нападав;

здесь, как в бутылку ни лезь,

мы - лишь бесплотная взвесь,

унесенная в лимбы:

никому и не снилось доселе - скитаться по ним бы,

но застрявшая автоколонна стоит и стоит

до сих пор,

и никак не смолкает неведомо чей разговор:

"Итальяшку приткнуть,

но еще как приятнее - фрица..."

"Мы поедем когда-нибудь?" - "Чую, что нет!"

- "Потерпел бы ты, Билл!.." - "Нет уж, больше

терпеть не годится!

Ярость требует выхода, требует боя, огня,

не терпеть же, покуда она растерзает меня!"

"Ну так что же, пора ведь и Роммелю тоже налопаться грязи".

"То ли да, то ли нет".

"Слушай, юноша, слушай, давай заруби на носу,

усеки: крышка - или Бенгази!

В самом деле усек? Крышка