Петрарка Франческо
«Лирика»

Душа от сердца ищет отлепиться,

Дабы припасть к сему земному раю;

Но сласть и желчь тому присущи краю,

И нить судьбы там паутинкой мнится;

Амуру жалуясь, душа казнится

Узды крутой избегнуть, мол, не чаю.

Так в крайностях плутая изначально,

Вся - мертвый лед и жаркое пыланье,

Живет она, то низменна, то горня.

Воспряв на миг, сто раз вздохнет печально,

Но чаще - пребывает в покаянье:

Таков был плод от такового корня.

CLXXIV

Жестокая звезда - недобрый знак

Отражена была в моей купели,

В жестокой я качался колыбели,

В жестоком мире сделал первый шаг,

И рок жестокой даме лук напряг

И взор ее обрадовался цели,

И я взывал к тебе: "Амур, ужели

Не станет другом мне прекрасный враг?"

Ты рад моим терзаниям всечасным,

Тогда как ей моя печаль не в радость,

Затем что рана не смертельно зла.

Но лучше быть из-за нее несчастным,

Чем предпочесть других объятий сладость,

Порукою тому - твоя стрела.

CLXXV

Лишь вспомню миг сей или сень предела.

Где мне Амур хитро измыслил узы,

Где стал рабом я дорогой обузы,

Где горя сласть всей жизнью завладела,

Я - снова трут, и, словно встарь, зардела

Былая страсть, с кем не разъять союзы,

И вспыхнул огнь, и полегчали грузы

Тем и живу. До прочего нет дела.

Но светит теплоносными лучами

Мне явленное солнце ежедневно,

На склоне дней, как поутру, сияя.

Оно одно и есть перед очами,

По-прежнему светло и сокровенно

Благую сень и миг благой являя.

CLXXVI

Глухой тропой, дубравой непробудной,

Опасною и путникам в броне,

Иду, пою, беспечный, как во сне,

О ней, чей взор, один, как проблеск чудный

Двух солнц, - страшит желанье. Безрассудный

Блуждает ум - и нет разлуки мне.

Я с ней! Вот сонм ее подруг: оне

За ясеней завесой изумрудной.

Чей голос - чу! - звучит, слиян с листвой

Лепечущей, сквозь шум вершин зыбучий,