Лермонтов Михаил Юрьевич
«Стихотворения (ПСС-2)»

В необитаемой пустыне

Черкес бродящий отдохнул,

Построен новый был аул

(Его следов не видно ныне).

Старик и воин молодой

Кипят отвагой и враждой.

Уж Росламбек с брегов.

Кубани Князей союзных поджидал;

Лезгинец, слыша голос брани,

Готовит стрелы и кинжал;

Скопилась месть их роковая

В тиши над дремлющим -врагом:

Так летом глыба снеговая,

Цветами радуги блистая,

Висит, прохладу обещая,

Над беззаботным табуном...

В тот самый год, осенним днем,

Между Железной ' и Змеиной2, *

Где чуть приметный путь лежал,

*Две горы, находящиеся рядом с Бешту. {Прим. Лермонтова.)

Цветущей, узкою долиной

Тихонько всадник проезжал.

Кругом, налево и направо,

Как бы остатки пирамид,

Подъемлясь к небу величаво,

Гора из-за горы глядит;

И дале царь их пятиглавый,

Туманный, сизо-голубой,

Пугает чудной вышиной.

Еще небесное светило

Росистый луг не обсушило.

Со скал гранитных над путем

Склонился дикий виноградник,

Его серебряным дождем

Осыпан часто конь и всадник.

Но вот остановился он.

Как новой мыслью поражен,

Смущенный взгляд кругом обводит,

Чего-то, мнится, не находит;

То пустит он коня стремглав,

То остановит и, пристав

На стремена, дрожит, пылает.

Все пусто! Он с коня слезает,

К земле сырой главу склоняет

И слышит только шелест трав.

Все одичало, онемело.

Тоскою грудь его полна...

Скажу ль? За кровлю сакли белой

За близкий топот табуна

Тогда он мир бы отдал целый!..:

12

Кто ж этот путник? русский? нет.

На нем чекмень, простой бешмет,

Чело под шапкою косматой;

Ножны кинжала, пистолет

247

Блестят насечкой небогатой;

И перетянут он ремнем,

И шашка чуть звенит на нем;

Ружье, мотаясь за плечами,"

Белеет в шерстяном чехле;

И как же горца на седле

Не различить мне с казаками?

Я не ошибся - он черкес!

Но смуглый цвет почти исчез

С его ланит; снега и вьюга

И холод северных небес,

Конечно, смыли краску юга,

Но видно все, что он черкес!

Густые брови, взгляд орлиный,

Ресницы длинны и