Ростан Эдмон
«Сирано де Бержерак»

Когда же кто-нибудь пройдет,

Предупреждайте нас каким-нибудь мотивом.

Второй паж.

Каким?

Сирано.

Коль женщина, то нежным и игривым,

А коль мужчина, будет он —

Печален, словно сердца стон.

Пажи расходятся в разные стороны.

Теперь зови ее.

Кристиан.

Роксана! Дорогая!

Сирано

Постой, вот камешки!

Роксана, Кристиан, Сирано сначала прячется под балконом.

Роксана

Кто звал меня?

Кристиан.

Я.

Роксана.

Я?

Кто это – я?

Кристиан.

Красавица моя!

Ваш верный Кристиан.

Роксана

Ах вы? Вас не ждала я!

Кристиан.

Я должен с вами говорить сейчас.

Сирано

Еще потише.

Роксана.

Нет, не буду слушать вас:

Вы говорите дурно.

Кристиан.

Умоляю!

Роксана.

Нет, нет! Довольно! Да! Теперь я знаю,

Что вы совсем не любите меня.

Кристиан

Я, я вас не люблю? Какое обвиненье!

И только потому, что страстное волненье

Меня лишило слов, и, голову склоня,

Я чувствовал, что я бледнею, гасну, вяну?…

Вы говорите мне – я не люблю Роксану?

Роксана

Однако что это? Он лучше говорит.

Кристиан.

Прелестный образ ваш в душе моей царит,

Любовь моя растет, растет в душе влюбленной;

Амур, ребенок злой, божок неугомонный,

Навеки колыбель свою устроил в ней.

Роксана

Ах, это уж значительно умней! —

Но если он так зол, напрасно не успели

Вы, сударь, задушить ребенка в колыбели.

Кристиан.

Пытался тщетно я, но изнемог в борьбе.

Новорожденный тот, представьте вы себе,

Был прямо Геркулес; своей недетской силой

Он победил меня!

Роксана.

Но это очень мило!

Кристиан.

И так, как Геркулес, ручонкою своей

Он задушить успел двух самых страшных змей,

Которым имя – Гордость и Сомненье.

Роксана

Я не могу в себя прийти от удивленья!…

Но что это – слова так затрудняют вас?

Скажите, отчего хромает ваш Пегас?

Сирано

Я буду продолжать. Иначе невозможно!

Роксана.

Слова как будто бы идут у вас с трудом?

Сирано.

До уха вашего добраться осторожно

Им трудно ощупью и в сумраке ночном.

Роксана.

Однако к вам мои спускаются прекрасно.

Сирано.

И попадают в цель? Но это очень ясно:

Их сердцем я ловлю, – оно ж так велико,

А ваше так мало прелестное ушко!

Затем, вы наверху стоите