Гете Иоганн Вольфганг
«Рейнеке-лис»

Губят их, это считая своим неотъемлемым правом.

Ярости их не унять, о мире не может быть речи.

Ну, а Браун да Изегрим? В честь пострадавших баронов

Задан был пир королем двенадцатидневный. Тем самым

Всем доказать он хотел, как серьезно его примиренье.

Двор чрезвычайно роскошно обставлен был и разукрашен.

Прибыло рыцарей много, все звери собрались, а также

Птицы несметными стаями. Все они волку с медведем

Почестей столько воздали, что те о страданьях забыли.

Общество лучше того, что на празднестве там развлекалось,

Вряд ли где собиралось. Литавры и трубы гремели,

Бал королевский был выдержан в самом изысканном вкусе.

Было всего изобилье, чего бы душа ни желала.

Мчались гонцы по стране, гостей ко двору созывая.

Птицы и звери с насиженных мест отправлялись попарно,

Дни проводили и ночи в пути — ко двору торопились.

Рейнеке-лис между тем залег подле дома в засаде.

Он и не думал идти ко двору, этот лжебогомолец:

Мало рассчитывал он на награды. По старой привычке

В злостных проделках своих предпочел упражняться пройдоха.

А при дворе в это время звучало чудесное пенье,

Всяких там яств и питий предлагалось гостям в преизбытке.

Там проводились турниры, велось фехтованье, и каждый

К родичам или друзьям примыкал; там плясали и пели,

Флейт и цевниц раздавалась веселая там перекличка.

Сверху, из тронного зала, король наблюдал благодушно,

Взор его тешила шумная, праздничная суматоха.

Восемь дней миновало. В кругу своих первых баронов

Как-то король за столом находился во время обеда, —

Он с королевою рядом сидел. Неожиданно кролик,

Весь окровавленный, входит и так говорит в сокрушенье:

«О государь мой! Король-государь! Господа мои! Сжальтесь!

Знайте, о более подлом коварстве, о худшем разбое,

Чем потерпел я от Рейнеке-лиса, вы вряд ли слыхали!

Утром вчера, часов этак в шесть, прохожу по дороге

Мимо его Малепартуса, вижу — сидит он у замка.

Думал я мирно проследовать дальше. Одет богомольцем

Рейнеке был, и казалось, что он, за воротами сидя,

Весь погрузился в молитву. Хотел проскочить я проворно

Мимо него, потому что поспеть ко двору торопился.

Чуть увидал он меня — как поднялся, пошел мне навстречу,

Будто хотел поздороваться.