Сенека Луций Анней
«Нравственные письма»

"Вся мудрость - в зла и блага различеньи."

Сократ изрек, о нравах говоря.

Пусть молвят: Глуп! Бранят... Не в том мученье,

А, в том, что с ложью встанешь в один ряд.

"Быть честным? Неужели все так просто?

А, как же - пораженья, блеск побед?"

Все доброе - во всем того же роста,

Спокойно в славе, не боится бед.

Взгляни вокруг, на дальнее, и рядом:

Ждут перемен - и люди, и пути.

Не вечен существующий порядок

Настанет день и честному взойти!

Что неизменно? - Все живое тленно...

И в том увидишь, мужество призвав

Искусство Устроителя Вселенной,

И замысел, и волю Божества.

Весь род людской приходит к смерти, мучась,

Стирают войны стены городов.

Кто честен, лишь ускорит свою участь,

Оставив самый яркий из следов.

Великий дух во всем послушен Богу.

Кто претерпел страданья до конца,

С последней чашей, выпитою строго,

Он вновь придет к обители Отца.

Коль в юношах задатки благородны,

То в подвигах оценят красоту.

Так мудрость и нечестность инородны,

Нельзя ничем "улучшить" прямоту.

И добродетель прямизне подобна:

Растет лишь твердость, суть не изменя.

Способна обо всем судить подробно:

Она - от Бога, а не "из меня".

Пусть немощь, по себе о людях судя,

С издевкой словом колет мне в глаза,

Пусть мнит: что не под силу мне - не будет...

Перед Отцом нечестным быть нельзя.

Чтоб о делах судить, нужна свобода,

Дух твердый, от пороков исцелен.

Прямой предмет, концом ушедший в воду,

Для лживых глаз - по кромке преломлен.

Спроси о счастье юношу живого:

"Мне счастье - не сгибаться под судьбой!

Подняться средь лежачих, молвить слово,

И, честно выходить в тяжелый бой."

Груз бедствия согнуть не может мудрых,

Мудрец без жалоб все готов снести,

Поскольку он провидит рано утром,

Что день ему способен принести.

Две части в мудреце: душа и тело,

Он выбирает лучшую из двух.

Пусть тело в боли бьется