Гургани Фахриддин
«Вис и Рамин»

устроена пышная свадьба, на которую были приглашены со всех земель

вельможи.

ГУЛЬ СЕРДИТСЯ НА РАМИНА

Веселью целый месяц предавались,

Вином, човганом, лютней забавлялись.

Но вот вельможи двинулись назад,

И свадьбы опустел весенний сад.

В Гурабе поселились Гуль с Рамином,

Уединились во дворце старинном,

И роза озарила свой чертог,

Себя украсив с головы до ног.

Сверкали грудь, и жемчуг ожерелий,

И те глаза, что на нее смотрели!

Ее ланиты -- словно сон во сне,

Ее сережки -- как весна в весне.

Казались томные глаза черней

Прелестных негритяночек -- кудрей.

Ее глаза подведены сурьмой,

А кудри спорят с амброю самой!

И косы разукрашены, и брови,

Рубиновые серьги ярче крови.

Сказал бы, на ее взглянув ланиты:

У розы ныне лепестки раскрыты!

Ее ланиты -- юности цветник,

Ее уста -- живой воды родник,

Лицо сравни с кумирнею Китая,

Ладони хрусталю уподобляя!

Рамин, увидев эту красоту,

Увидев розу юную в цвету,

И облачко кудрей, и, с блеском жгучим,

Сережки-звезды в облачке пахучем,

И две косы, чья смоль благоуханна,

И две ее ланиты -- два тюльпана,

Увидев грудь и шею в жемчугах, -

Иль то была роса на лепестках? -

Уста -- рубин, в котором дар словесный,

И рот -- цветок, чуть видный, но прелестный,

И украшения, -- а мы поймем,

Что это звезды появились днем, -

Сказал: "Луна нам светит тускло, слабо, -

Ее затмила ты, луна Гураба!

Ты для моей больной души -- бальзам,

Сияешь ты, как Вис, моим глазам,

Прекрасна ты, как Вис: уста -- рубины,

А грудь -- как яблочка две половины!"

Но с гневом Гуль в ответ произнесла:

"О, ты воистину -- источник зла!

Твой разговор никчемный непристоен,

Так не ведут себя ни царь, ни воин.

Что общего меж мной и Вис проклятой,

Для блуда в блуде мерзостном зачатой?

Ее наперсница, колдунья, сводня, -

Кормилица пускай умрет сегодня!

Ты из-за них, у