Гургани Фахриддин
«Вис и Рамин»

Затем сказал: "О ты, что так красива,

О ты, чье имя -- Вис -- есть имя дива!

Нет у тебя ни чести, ни стыда,

А разума не видно и следа.

Ты в срамоте предстала нашим взорам,

Меня и нас покрыла ты позором.

Ты грязной отплатила мне изменой,

В глазах людей ты сделалась презренной.

Тебя друзья, родные не простят,

И мать, и даже твой любимый брат!

Заставила ты близких осрамиться,

Свой дом ты запятнала, как блудница.

Сошлась ты с дивом, злобным и проклятым,

Коль мамку избрала своим вожатым.

Ведь начинает танцевать с пеленок

Под музыку учителя ребенок!"

Затем к Виру отправил он посла,

Поведал про нечистые дела.

Так повелел он: "Образумь сестру,

Ты утюгом пройдись по ней, Виру,

А заодно ты накажи как надо

Кормилицу, исполненную смрада.

Не то, боюсь, я в гневе изувечу,

Сверх всякой меры подлых искалечу.

Вис ослеплю, распутство вырвав с корнем,

А мамку мы на виселице вздернем.

Рамина прогоню я на чужбину,

Забуду, что я братом был Рамину,

От этих трех свою страну очищу,

Не подпущу их к своему жилищу!"

Но Вис -- гляди! -- сверкая лунным блеском,

Ответила владыке словом резким:

Хоть устрашилась бесконечным страхом, -

В ней срама не осталось перед шахом.

На пышном ложе выпрямилась вдруг,

Являя шаху свет хрустальных рук,

И молвила: "Зачем, о шах могучий,

Меня пугаешь карой неминучей?

Во всем ты прав. Я счастлива, поняв,

Что ты со мною прям, а не лукав.

А ныне -- хочешь -- ослепи меня,

Иль звери пусть сожрут в степи меня,

Иль пусть в тюрьме твою познаю кару,

Иль пусть пойду, босая, по базару, -

Люблю Рамина, плача и греша:

Я и моя душа -- его душа!

Для глаз моих -- он светоч негасимый,

Мой друг, мой царь, мой разум, мой любимый!

Душа с любовью к милому слилась,

Вовек нерасторжима эта связь.

Не кончится