Гургани Фахриддин
«Вис и Рамин»

Но что мое мне дало прегрешенье?

Позор, бесславье, всех надежд крушенье!

Мой властелин был недоволен мной, -

Преступною, распутною женой.

Из-за того, что я тебя любила,

Я молодость напрасно загубила,

А мне лишь память о любви осталась,

Ее тоска и горькая усталость.

Уйди от этой ветви навсегда,

Ни листьев не получишь, ни плода!

Здесь -- дверь отчаянья: уйди скорей,

Зря по железу молотком не бей!

Минула полночь. Гуще стали тучи,

И гуще -- дым, и гуще -- снег сыпучий.

Хоть самого себя ты пожалей,

Чтоб хуже не было, уйди скорей!

Уйди -- и никогда не знай невзгод.

Пусть роза, Гуль, в твоем саду цветет.

Будь вечно с ней, пусть время вас не старит, -

Пусть пятьдесят детей тебе подарит!"

Вис говорила, гневаясь и плача,

Лицо и чувства истинные пряча.

Замолкнув, удалилась от окна,

Ни друга не впустив, ни скакуна.

С кормилицею вместе удалилась, -

То удалилась от Рамина милость.

Врагам на радость горевал Рамин,

На площади остался он один.

Все смолкло, успокоилось кругом,

И лишь Рамин с покоем незнаком.

То на судьбу свою, то на подругу

Он жалобами оглашал округу.

Он обращался к богу своему:

"Любую кару от тебя приму!

Смотри, остался я, тоской палимый,

Без близких, без друзей и без любимой.

Коза в горах найдет приют, наверно,

В степях найдут приют онагр и серна,

И только мне приюта нет нигде,

О смилуйся, творец, твой раб в беде!

Нет, не уйду я, не достигнув цели:

Я не мужчина, что ли, в самом деле!

А смерть придет, надежды не даруя, -

Пусть у дверей возлюбленной умру я!

Пусть знает каждый, что к любимой страсть

Влюбленному велела мертвым пасть.

Будь эта стужа снежная булатом,

Свирепым львом иль тигром полосатым, -

Своих шагов не унесу отселе,

Нет, не уйду я, не достигнув цели!

О сердце, не были тебе страшны

Ни меч, ни лук,