Гургани Фахриддин
«Вис и Рамин»

Тебе я всю страну мою отдам.

Как все цари покорны мне повсюду,

Так я тебе навек покорным буду.

Владея всем, избрал тебя одну.

Ни на кого с любовью не взгляну.

Твое желанье будет мне приказом,

И сердце принесу тебе, и разум.

Исполню все, чего б ни захотела,

Тебе и душу я отдам, и тело.

Хочу и ночью быть с тобой, и днем:

Ночь станет днем, а день -- блаженным сном!"

Шахру, услышав страстные призывы,

Дала ответ веселый и учтивый:

"О царь, ты правишь миром самовластно,

Зачем по мне страдаешь ты напрасно?

Мне ль быть женой, любовницей? К чему ж

Такой, как я, -- любовник или муж?

Скажи, могу ли быть женой твоей,

Когда я мать созревших сыновей -

Правителей, могучих войск вожатых,

И красотой и доблестью богатых?

Из них Виру всех больше знаменит:

Слона своею мощью посрамит!

Меня, увы, не знал ты в те года,

Когда, о царь, была я молода.

Когда была я тополя прямей,

Брал ветер амбру у моих кудрей.

Росла я, украшая мир счастливый,

Как над рекою ветка красной ивы.

Померкли солнце дня и лик луны,

Сияньем глаз моих посрамлены.

Земля была смутна из-за меня!

Не знали люди сна из-за меня!

На улице, где утром я пройду,

Весь год жасмином пахло, как в саду.

В рабов я властелинов превращала,

Дыханьем мертвецов я воскрешала.

Но осень наступила: я стара,

Прошла, прошла весны моей пора!

Меня покрыла осень желтизной,

Смешался с камфарою мускус мой.

Меня состарил возраст, я тускнею,

Мою хрустальную согнул он шею.

Увы, когда старуха молодится,

Над нею мир смеется и глумится.

Лишь на меня ты зорким взглянешь глазом, -

Тебе противной сделаюсь я разом."

Когда ответ ее услышал шах,

Сказал: "Луна, искусная в речах!

Да будет беспечальна и светла

Та мать, что дочь такую родила.

Пусть род ее не ведает потери

За то,