Гургани Фахриддин
«Вис и Рамин»

Я не могу собрать вельмож и знать,

Я не могу красавицам внимать.

Не песен, не сказаний древних строки, -

Я слышу день и ночь одни упреки.

В Кирмане, Хузистане, Кухистане,

В Табаристане, Рее, Хорасане, -

Я притчей во языцех стал везде,

Везде толкуют о моей беде.

Рассказы о моей злосчастной доле

Услышишь у реки, в широком поле.

В горах слагают обо мне стихи,

В степях заводят песню пастухи.

Мужчинам на базаре, женам -- дома, -

Всем повесть о любви моей знакома.

Меня посеребрила седина,

Разлукою душа омрачена, -

Я разлучен с кумиром черноглазым,

Ушли мое терпенье, сон и разум.

Я пожелтел, как золотой динар,

Я ослабел, как будто стал я стар,

Пяти шагов не пробегу, а лук

Из обессиленных роняю рук.

Я думаю, садясь на скакуна,

Что надломилась у меня спина.

Иль стал мой стан железный -- восковым,

А мой кулак гранитный -- шерстяным?

Как я, мой конь в конюшне стал старее,

А был онагра быстрого быстрее.

Я с барсами не мчусь по следу дичи,

Я с соколами не ищу добычи,

Я с юными гребцами не борюсь,

Я бражников осилить не берусь.

Ровесники мои живут, не тужат,

То скачут на конях, то с негой дружат,

Милы одним красавицы в саду,

Другие склонны к ратному труду,

Одним нужны забавы и веселье,

Другим -- домашний труд и земледелье.

А я? Я к жизни потерял охоту,

Удача никнет, погрузясь в дремоту.

Я -- с застоявшейся водой колодец,

Плутающий по лесу полководец!

Нет у меня подушки, одеяла,

Мне грубая циновка ложем стала.

То я блуждаю с дивами в пустыне,

То в камышах лежу со львом в лощине.

Я в бренном мире был разлукой мучим,

И ждет меня бесчестье в мире лучшем.

Меч подняла разлука между мной

И радостью загробной и земной.

Другим -- покой и свет, а мне -- могила:

Отверг я все, что