Мицкевич Адам
«Стихотворения и поэмы»

Но разные у них намеренья и лица.

Личину с них сорвав, увидим их в натуре:

Отыщем среди них волков в овечьей шкуре!

Кто жадностью томим, а кто из горделивых,

Кто ищет не друзей, а слуг, покорных, льстивых.

Коль цели хитростью достигнуть не способны,

Пред нами предстают и мстительны и злобны.

Иной из прихоти иль в детском увлеченье

За непосильное берется порученье,

Но, лишь с малейшею преградою столкнется,

Легко он, как дитя, с мечтою расстается.

Когда к нам доступа таким не будет людям,

Когда в согласии стремиться к цели будем,

Все личные забыв обиды и расчеты,

На благо общее положим все заботы,

Тогда скажу, учтя минувшего страницы:

Нам будут подражать, нам будет чем гордиться!

[Сентябрь 1818]

Пусть счастьем глаза загорятся,

Чело нам украсит венок,

Обнимемся все мы по-братски,

Сойдемся в веселый кружок!

Пускай к нам не ведают входа

Обманы, предательство, лесть;

Здесь чтится высоко свобода,

Отчизна, наука и честь.

Мы руки друг другу протянем,

Откроем друг другу сердца

И помыслы, чувства, желанья

Поведаем все до конца.

Здесь сгинут страдания тени

Средь песен, утех, развлечений.

Кто стал нашим братом и другом,

В труде, средь веселых забав,

В зеленом венке и за плугом

Пусть помнит всегда наш Устав.

Пусть он вдохновится присягой,

Что здесь согласился принесть,

Всю жизнь защищает с отвагой

Отчизну, науки и честь!

Дойдем мы, хоть трудной дорогой,

До счастья, когда подадут

Все руки друг другу. Помогут

Нам смел ость, согласье и труд!

[Октябрь 1819]

Без душ, без сердца! Толпа скелетов!

О дай мне, молодость, крылья!

И я над мертвым взлечу мирозданьем,

В пределы рая, в обитель светов,

Животворящий восторг изведав,

Где над цветеньем и созиданьем

Златые сонмы картин открылись!

Пускай годами отягощенный

Склонился старец, уставясь в землю,

Потухшим оком едва объемля

Мир омраченный.

Ты, молодость, прах юдоли отринешь,

Взлетишь и, светлым взглядом ширяя,

Все человечество ты окинешь

От края до края!

Глянь вниз! Там ночь воздвиглась немая,

Планету своим зловонным потоком

Всю обнимая.

Глянь вниз! Над этой заводью гнусной

Какой-то гад всплывает искусно,

Он служит рулем себе и флагштоком

И прочих мелких зверушек топит,

Всплывает кверху, нырнет обратно

И снова сух в волне коловратной.

А если жалкий пузырик лопнет,

Нам дела нет, что проглочен глубью

Гад себялюбья!

О молодость!