Мир поэзии Поиск книг    О проекте    Обратная связь    Размещение рекламы

Лермонтов Михаил Юрьевич
«Стихотворения»

Главная страница / Лермонтов Михаил Юрьевич «Стихотворения»
что-то. И на зов Боярина толпа рабов, Во всем послушная орда, Шумя сбежалася тогда, И без усилий, без борьбы Схватили юношу рабы.
Нем и недвижим он стоял, Покуда крепко обвивал Все члены, как змея, канат; В них проникал могильный хлад, И сердце громко билось в нем Тоской, отчаяньем, стыдом.
Когда ж безумца увели И шум шагов умолк вдали И с ним остался лишь Сокол, Боярин к двери подошел, В последний раз в нее взглянул, Не вздрогнул, даже не вздохнул, И трижды ключ перевернул В ее заржавленном замке… Но… ключ дрожал в его руке! Потом он отворил окно: Всё было на небе темно, А под окном меж диких скал Днепр беспокойный бушевал.И в волны ключ от двери той Он бросил сильною рукой, И тихо ключ тот роковой Был принят хладною рекой.
Тогда, решив свою судьбу, Боярин верному рабу На волны молча указал, И тот поклоном отвечал… И через час уж в доме том Всё спало снова крепким сном, И только не спал в нем один Его угрюмый властелин.

Глава 2


The rest thou dost already know,


And all my sins, and half my woe,


But talk no more of penitence…
[293]


Byron
Народ кипит в монастыре; У врат святых и на дворе Рабы боярские стоят. Их копья медные горят, Их шапки длинные кругом Опушены густым бобром; За кушаком блестят у них Ножны кинжалов дорогих. Меж них стремянный молодой, За гриву правою рукой Держа боярского коня, Стоит; по временам, звеня, Стремена бьются о бока; Истерт ногами седока, В пыли малиновый чепрак;Весь в мыле, серый аргамак Мотает гривою густой, Бьет землю жилистой ногой, Грызет с досады удила, И пена легкая, бела, Чиста, как первый снег в полях, С железа падает на прах.
Но вот обедня отошла, Гудят, ревут колокола. Вот слышно пенье — из дверей Мелькает длинный ряд свечей;
Назад  

стр.420

  Вперед
Наши спонсоры:
Назад  

стр.420

  Вперед